Если ты осмелишься

Аниса сказала мне надеть его.

Я закатываю глаза. Верно. Она по-прежнему делает все, что ей говорят. Ее мама говорит ей остаться в Университете Даймонд, она остается. Аниса говорит ей надеть платье, она его надевает. Если бы Хлоя сказала ей прыгнуть с моста, она бы прыгнула.

Она не знает, как постоять за себя. Как дать отпор. Она никогда не умела. Вот почему все так просто.

Я хватаю полотенце и сокращаю расстояние между нами. Она упирается спиной в душ, и ей больше некуда идти. Мой палец проникает в ее глубокий вырез, ее сиськи, все еще влажные и блестящие, всего в нескольких дюймах от моего прикосновения. Она сглатывает.

Другой рукой я стираю следы напитка с ее руки, плеча, груди. Даже сквозь ткань, разделяющую нас, я чувствую, как ее сердце колотится о грудную клетку.

Я наклоняюсь к ее шее и неторопливо слизываю с ее кожи остатки пунша, сладкий вкус которого смешивается с легким привкусом крепкого ликера и восхитительным вкусом фиалки. Она дрожит, но не отталкивает меня и не говорит остановиться.

Ее соски снова напрягаются, и я задаюсь вопросом, насколько она уже влажная для меня.

— Никогда больше не надевай ничего подобного, — предупреждаю я ее, пристально глядя в ее широко раскрытые карие глаза. — Если только ты не хочешь, чтобы тебя перегнули через ближайший стол и трахнули.

Вспышка возбуждения в ее глазах, прежде чем она вспоминает, что должна меня бояться. Она прижимается спиной к душевой кабине, наконец отталкивая мою руку.

— Пожалуйста, просто позволь мне уйти.

— Во-первых, тебе не следовало приходить сюда. — Я вытаскиваю ее из ванной, отпихивая протестующую Анису с дороги, и захлопываю за нами дверь своей спальни, прежде чем швырнуть в нее свои спортивные штаны и старую майку. Она утонет в них, но, по крайней мере, они скроют ее восхитительные изгибы. — Переоденься.

Вайолет смотрит на меня широко раскрытыми глазами, прижимая одежду к груди.

Она бросает мою одежду на кровать и начинает наклоняться, пока не замечает, что я все еще смотрю. Ее губы сжимаются.

— Ты можешь хотя бы повернуться?

Я складываю руки на груди, прислоняясь спиной к стене, чтобы приготовиться к представлению.

— Нет. — Она вздыхает, но решает, что спорами ничего не добьется. Умная девочка. Она хватает спортивные штаны, но я качаю головой. — Сними трусики.

— Потому что ты промокла насквозь, Вайолет. — Я позволю ей поразмыслить над этим двусмысленным утверждением.

— Потому что ты облил меня пуншем, — ворчит она, но делает, как я говорю, стягивая трусики с ног. Мой член твердеет.

— Ты та, кто появился здесь.

— Я не знала, что вечеринка в твоей квартире. Иначе я бы не пришла.

— Как ты вообще можешь идти на вечеринку, когда твой лучший друг мертв.