Это я удачно попала! (СИ)

Понятное дело, что Эни, наверняка, уже пыталась что-то сделать, но она всего лишь шестнадцатилетняя девочка, которая боится, что её лишат единственного близкого человека. Наверняка по этой причине она всячески скрывает болезнь деда от окружающих. Решение не слишком разумное, но что взять с испуганного подростка?

Впрочем, рубить с плеча я тоже не собиралась. Надо бы как-то при первой возможности разузнать о местных болезнях и способах лечения, а там уже и решение принимать. Но прежде всего остального мне предстояло избавиться от улик.

Да, вчера я много думала о том, что делать со своими иномирными вещами, и пришла к выводу, что их надо спрятать.

О прогрессорстве придётся забыть – а жаль, такой лёгкий источник дохода был бы. Как я поняла, жили Эни с дедушкой не слишком богато, хотя и не голодали. Надо бы еще уточнить, на что именно они жили и даже сиделку могли себе позволить нанять. Какого-то домашнего хозяйства – кур, свиней или огорода – я не обнаружила. Одни сплошные цветочки, и у соседей, насколько я вчера успела заметить – так же. Далее, Эниза явно не работает - раз уж осенью едет учиться. Дед не работает тем более - раз уж ему сиделка требуется. На что же они живут? На какие-нибудь пособия?

Но с этим разберёмся позже, а пока более важный вопрос – куда деть мои вещи? Костюм из юбки и пиджака, блузка с ремешком, в которой я была вчера, туфли, а также сумка со всем содержимом: документы, кошелёк с наличкой, банковскими и кредитными картами, а также картами скидок, смартфон, печать нашей фирмы и документы, которые я должна была подписать, ручка шариковая синяя, косметичка, расческа и проездной на метро, а также свёрнутые для компактности нижнее белье и колготки.

Любая из этих вещей могла выдать моё иномирное происхождение и ко мне, как минимум, возникнут вопросы. Вчера я постаралась незаметно пронести в свою новую комнату одежду и туфли, но уже сегодня Эни может зайти ко мне и поинтересоваться, чьи это вещи. Конечно, я могу сказать, что это мамины, а я ношу их с собой как память, но тогда моя легенда о случайном попадании в портал, становится сомнительной. Да что там: я сумку-то еле дотащила, а за оставшимися вещами мне пришлось дважды бегать. Тащить всё одновременно я просто физически бы не смогла – и девушка это легко поймёт.

Кроме того, я по-прежнему не хотела врать в ответ на прямые вопросы. Не договаривать, умалчивать – да, но откровенно врать моей новой семье не хотелось.

Я не могла оставить при себе даже расческу, поскольку они здесь выглядели совершенно иначе – в виде валика, вроде тех, что у нас используют для покраски, только вместо ворсинок – мягкие зубчики. Эни мне вчера выдала такую, вместе с остальными гигиеническими принадлежностями.