Это я удачно попала! (СИ)

 

Едва моё семейство познакомилось с прислугой, дворник отправился заводить карету в гараж, а нас ждал торжественный обед по случаю завершения ремонта. Правда, сперва все захотели осмотреть дом, а уж потом пообедать. Мы с Эни отправились в её комнату - посекретничать. Лиона теперь и сама справится, а я толком и не видела сестру этим летом из-за всей этой ремонтной эпопеи. 

Надо сказать, что Эни за эти годы превратилась в настоящую красавицу. Она и раньше была симпатичной девушкой, но тогда она была еще совсем юной, почти ребёнком. А теперь она выглядела уже лет на восемнадцать - то есть молодой девушкой в самом соку.

И, как она сама мне по секрету призналась, в Академии у неё появился парень. 

- Артур письмо прислал! - поделилась со мной новостью сестричка, едва мы оказались в её комнате. Девушку даже обстановка не особо заинтересовала - так ей хотелось поскорее обсудить своего ухажера. - Вот, почитай!

- Не знаю, Эни... - засомневалась я. - Нехорошо читать чужие личные письма. 

- Да там ничего такого, - отмахнулась сестренка, - давай я сама тебе зачитаю.

И зачитала. Оказалось, что Артур прислал ей стихотворение собственного сочинения.

На мой, воспитанный на поэзии серебрянного века, придирчивый вкус - так себе, но для влюбленной девушки стихи любимого выглядят всегда шедевром. Простейшие рифмы, вроде наших "любовь-кровь", только с учетом особенностей языка, а кое-где и вовсе полное отсутствие ритма и рифм. Впрочем, сайде - язык для стихоплётов не слишком подходящий сам по себе. А найде не все в должной мере владеют, чтобы еще и стихи на нём писать. Ладно, это я придираюсь: просто не хочу, чтобы моя сестрёнка абы кому досталась. Но стихотворный талант - не главное качество мужчины, так что мы еще посмотрим на этого Артура. А пока нас ждёт семейный обед.

В кабинете на втором этаже поместья собрались четверо: я, Эниза, эдо Снежен Вильски и грас Лиона Магрин. Сестрёнка по случаю надела деловой костюм и сделала серьёзное выражение лица. Я, зная её живой веселый нрав и обычно весьма подвижную мимику, едва сдерживалась от смеха, глядя на то, как старательно сестрёнка сдвигает брови и поджимает норовившие разъехаться в улыбке губы. Для Эни это всё выглядит как игра в серьёзную деловую женщину, каковой она не являлась никогда, и - положа руку на сердце, могу с уверенностью сказать - никогда не станет.

То, что многие приняли бы за свойственное юности легкомыслие, я идентифицировала как основу её характера. Она будет такой и в пятьдесят, и в сто, и в сто пятьдесят. 

Всё же я не удержалась и прыснула в кулак, что не осталось незамеченным эдо Снеженом, который нахмурился - непритворно, в отличие от Эни.

- С какой целью, грас, вы позвали на наше совещание младшую сестру? - Недовольно спросил он.