Фиктивная мама для дочери чудовища

— Может, ещё белое платье и гостей?

— Тогда я хочу брачную ночь со всеми вытекающими… Я не собираюсь изменять своей жене, раз уж решила стать ей, должна будешь согревать мою постель! — Марат смотрит на меня с вызовом, ждёт испуга в моих глазах, какой-то реакции, но я лишь выдавливаю улыбку. Приближаюсь к его столу и протягиваю ему правую руку.

— По рукам! — заявляю я и слышу негромкое шипение, слетевшее с его губ.

Марат пожимает мне руку, и я ощущаю странное покалывание, от которого даже кончики пальцев начинают неметь.

Одёргиваю руку, потому что эти ощущения пугают меня.

Конечно, я понимаю, что он блефует и не станет ложиться со мной в одну кровать… А если даже попытается сделать это, то я непременно что-то да придумаю.

Телефон снова начинает звонить, но на этот раз входящий не от мамы.

Это Женя, и мне становится страшно.

— Я могу пойти в свою комнату и разобрать вещи?

— Можешь не торопиться… Сегодня мои юристы подготовят договор, а ты решишь, готова ли подписать его…

— Готова, — отвечаю, сжимая трубку в руке.

Вспоминаю вчерашний взгляд Жени и его нервный срыв. Его пальцы, сжавшиеся на моей шее… Я слишком сильно боюсь его, чтобы отказываться скрыться от него в доме другого мужчины.

Выхожу в коридор, и на телефон приходит сообщение от сестры.

Дыхание перехватывает, а на глаза наворачиваются слёзы. Неужели он способен зайти так далеко и навредить моим родным?

Звонок телефона отрезвляет меня и заставляет вернуться в реальность, где всё совсем не радужно. Смотрю на экран несколько секунд и думаю, стоит ли отвечать. Примерно я даже представляю, как пройдёт наш разговор, и на какой ноте он закончится, поэтому подумываю поднять своих старых приятелей, чтобы поставить эту сварливую бабу на место. Хватит мне уже затыкать ей рот деньгами и жалеть её…

Она не заслужила жалости.

Если бы она вела себя иначе с самого начала, я ещё мог бы посчитать её жертвой, но с самого первого дня она превратилась в хищницу, которую интересовали деньги.

— Слушаю! — говорю ледяным тоном, от которого даже голосовые связки начинают звенеть, что не уходит от моего внимания.

— Марат… Я бы хотела увидеться со своей внучкой! — вкрадчивым тоном, словно кошка, готовая наброситься и выцарапать глаза, произносит она.

— Сколько? — спрашиваю, понимая, что деньги — единственное желание этой женщины.

— Ты не понял, Марат! Я на самом деле хочу увидеться со своей внучкой! Мне тоскливо. Мне плохо без Дианы. Я хочу встретиться хотя бы с внучкой, с частичкой моей дочери.

— Нет! — заявляю, а вибрации проходятся по всему телу, покалывая кончики ушей.

— Я не спрашивала разрешения. Я имею на это полное право! Мне важно увидеть Алису, прижать её к себе и отвести душу.