Фиктивная мама для дочери чудовища

Мне становится неприятно от мысли, что всё это состояние дочери было вызвано стрессами и недостатком отцовской любви. Следовало проводить с Алисой больше времени, а не ограждаться от неё и не пытаться откупиться дорогими подарками. Да, у моей дочери ни в чём не было нужды, кроме отца… Скорее всего, она нуждалась во мне, в то время, пока я активно пропадал на работе, а потом таскал её к психологу, пытаясь понять, почему малышка так и не говорит.

— Тогда я позвоню ей и скажу, что ты отправишь за ней водителя! — кивает Лиза и широко улыбается.

Пальцы сами тянутся к руке девушки, лежащей на кровати, и я осторожно касаюсь её. Лиза косится на наши руки, но не одёргивает свою, и я смелею: сжимаю руку девушки, слушая бешеные удары собственного сердца. Возбуждение нарастает, но мне не становится неловко: это естественная реакция на близость красивой женщины, успевшей занять значимое место в моём сердце. Хорошо, что одежда свободная, и ничего видно не будет. Смотрю на Лизу, а она на меня. Её щёки слегка краснеют, а язычок медленно скользит по верхней губе. Это выглядит слишком соблазнительно, чтобы выдержать, ведь поцеловать Лизу снова я не могу, не в присутствии дочери точно.

Мне кажется, что Лиза именно тот человек, которого я и искал всю свою жизнь… Вот только испытывает ли она похожие чувства?

Мама приезжает довольно скоро. Марат не позволяет мне встать на ноги и вместе с Алисой идёт встречать нашу гостью. Я предупредила, что чувствую себя неважно, поэтому мама не должна испугаться. Когда она входит в комнату, я вижу восхищение в её взгляде, которое быстро сменяется взволнованными вздохами. Мама сразу же спешит к окну и широко распахивает его, впуская свежий воздух, а затем садится на кровать рядом со мной и бережно кладёт ладонь мне на лоб.

— Как ты себя чувствуешь, солнышко? — спрашивает мама ласковым голосом.

— Уже лучше… Врач сказал, что во всём виновен стресс…

— Да, стресс всегда негативно сказывается на организме. Я испугалась, когда Ксюшка рассказала мне, как ты дочку Марата спасла, но ты у меня умничка, отважная…

Говорить о нём хочется меньше всего на свете. Всё-таки не смогла я стать дочерью, полюбившей его, ведь он ушёл, когда я ещё жила в утробе матери… Или только родилась? Я не знала его, и когда он появился в моей взрослой жизни, не смогла принять.

— Не знаю! — мотает она головой и поджимает губы. — Он помнит, но не всё… Он будто бы вернулся назад во времени, в те дни, когда Ксюше было пять лет. Обвиняет меня в измене и говорит, что ты не его дочь… Теперь я понимаю, почему он ушёл из семьи. Скорее всего, считал, что я обманула его. Уж не знаю, кто затуманил ему рассудок такими мыслями.

— Так вот зачем он делал анализ ДНК! — шепчу себе под нос.

— Анализ ДНК? — удивляется мама.