Галерея кукол и костей

Луиза Соловьева отправилась вместе с подругой, и они всю дорогу проговорили об Альфе и Вернере. Парни с недавних пор начали патрулировать улицы Клыково вместе с пантерами-оборотнями. Обоим это нравилось, так они приносили хоть какую-то пользу сообществу Первородных – все лучше, чем сидеть на территории академии. Они, кстати, пообещали встретить Женю и Луизу после больницы, чтобы проводить обратно в «Пандемониум».

А разговор начался с того, что Луиза вдруг поняла: Вернер ей небезразличен.

– Это ведь странно, да? – не унималась она по пути в больницу. – С чего это вдруг у меня к нему проснулся такой интерес?

– С того, что я встречаюсь с Альфом и тебе тоже захотелось, – резонно ответила Степанова. – Только он занят, поэтому ты увлеклась его братом.

– Еще одно слово, и я тебе врежу, подруга, – пригрозила Луиза, после чего они рассмеялись.

– Но Вернер и правда довольно симпатичный, так что я хорошо тебя понимаю. Когда у него волосы отросли, я поняла, что он красавчик. Еще бы от своих татуировок избавился, а то выглядит будто член якудзы…

– И не говори, – согласилась Соловьева. – Но я раньше не обращала на него внимания. Странный, немногословный парень, весь в наколках. Казалось бы, совершенно не мой типаж. А теперь я не могу думать ни о ком другом.

– А ему-то об этом уже рассказала? – спросила Женя.

– Конечно нет! За кого ты меня принимаешь? Пусть сам обо всем догадывается.

– Я хорошо его знаю, в этом плане он соображает туговато. Точно не догадается, пока ты сама ему обо всем не расскажешь. Могу попросить Альфа, пусть намекнет брату, чтобы тот обратил на тебя внимание. У них отличные отношения.

– Это мне в них и нравится, – заметила Луиза. – Они стоят друг за друга горой.

– Когда в Новом Ингершаме убили их родителей, у них никого больше не осталось. Поэтому они готовы рисковать жизнью ради друг друга. А вы с Вернером, как мне кажется, станете хорошей парой. Он спокойный и невозмутимый, а у тебя вечно будто шило в одном месте. Будете отлично дополнять друг друга.

– Лишь бы все это поскорее закончилось. – Луиза обвела руками вокруг. Улица утопала в полупрозрачной туманной дымке. – А то вся эта неизвестность порядком действует на нервы.

– Это верно, – вздохнула Степанова.

Вскоре они добрались до ярко освещенного здания городской больницы и поднялись на этаж. Евгения Белявская сама осмотрела Женю, измерила ей давление, подробно расспросила о самочувствии. Степанова, к счастью, в жизни не чувствовала себя лучше. Все ее показатели оказались в норме, будто не она пролежала в коме несколько недель.

– Все-таки странно все это, – сказала напоследок Белявская, покосившись на свою медсестру. – Надо бы тебе сдать кое-какие анализы. Сейчас выпишем направление…

– А может, не стоит? – спросила Женя.