Гений, или История любви

Но платье уже было ее, и оно пачкалось, на нем оставались пятна от вишневого варенья, которые потом было невозможно вывести. Платье мялось, если не вешать его на плечики в шкафу. В конце концов, оно вышло из моды. Соня больше не смотрела на него с восхищением, однако она носила его, раз уж ей его купили.

Соня больше не смотрела на Готье с восхищением. Она наблюдала за собой. Она помнила, как Ингрид ждала звонков Готье — исступленно, не сводя глаз с телефонного аппарата. Соня не особенно ждала его звонков, тем более что у него и телефона-то ее не было. Она, конечно, скучала по нему, хотела его видеть, но ей не было страшно, что когда-нибудь он уйдет. Она не хотела быть с ним каждую минуту. Когда он был рядом, она с наслаждением смаковала каждую минуту, аккуратно и последовательно наблюдая за собой со стороны. Ей было хорошо с ним, но было вполне нормально и без него. Если бы завтра он перестал приходить и звонить в ее дверь, она бы огорчилась, конечно, но только на минуточку. Ей хотелось снова почувствовать себя в его руках, ей нравилось быть женщиной в его руках, нравилось это новое, совершенно новое, что начиналось в ее жизни. Однако это не меняло ее изнутри. Она оказалась организована другим способом, не так, как Ингрид, и чтобы любить кого-то, ей совершенно необязательно было этим кем-то владеть. Или принадлежать ему полностью. Этой потребности она тоже не испытала. Чувствуя руки Готье на своем теле, она ловила каждую эмоцию, каждый острый взгляд, каждый стук сердца и огненный поток адреналина в крови. Но ей было совершенно неважно, повторится ли это завтра, и как долго ей удастся удерживать на себе его взгляд, смотреть ему в глаза, не отрываясь. Она ни разу не представила себе, как они будут жить в старости. Она не пыталась воображать себя его женой или матерью его детей. Она не хотела никаких клятв верности. В этом она прекрасно понимала Готье. Как птицы из одной стаи, они одинаково мало придавали значения словам, в особенности клятвам.

— Ты так смотришь… — Готье перевернулся на бок и лег, подперев голову рукой. — Что ты хочешь увидеть? Я тебе нравлюсь? Или не нравлюсь?

Соня молчала и улыбалась.

— Это просто нечестно — молчать в такой ситуации. Ты заставляешь меня нервничать. Может, ты задумала меня убить! — Готье приподнялся, сел по-турецки и притянул к себе Соню. — Скажи, Элиза, ты не могла бы смотреть на меня не так загадочно? Да? Нет? Ты поедешь на репетицию?

— Да. — Она кивнула и устроилась поудобнее в его объятиях. — Да.

— Иня сказала, приедут снимать для сайта, хотят разместить видео с нашей репетиции. Кому это может быть интересно?

Соня пожала плечами и провела рукой по его груди.

— Иня все время что-то придумывает. Да?

— О, да! — рассмеялась Соня.

— Активная жизненная позиция — это что-то.