Год Ветра

Так подбадривал, что у меня появилась уверенность, всё точно получится. Хотелось сделать ему приятно, потренироваться. Прикоснуться к тому, что долго для меня закрыто. Я пробовала запретный плод, и он не особо сладким оказался, скорее солёным, но мне нравилось тот накал, что сопровождал все мои действия. Жар внутри зарождался, я наконец-то согрелась самостоятельно и почувствовала себя великолепно.

Усилила хватку, его рука опять вернулась на член, помогая мне.

На весь зал причмокивания, мои хлюпанья ртом и кряхтения, Илья переусердствовал и пытался забраться в меня глубже. Обрывистые стоны любовника.

Другая его рука легла на затылок, не давая соскочить с конца. Семя горячим потоком стрельнуло в горло внезапно. Вязкое, опалило всю полость рта. Я поморщилась и стала кашлять, потому что не ожидала, что будет так… Непонятно. Похоже, меня немного насиловали. Держали на члене ртом, и я пыталась глотнуть воздуха, а проглотила сперму, сильно зажмурившись. Решила, что нельзя парню портить удовольствие, податливо делала так, как он требовал.

Гадость. Только если сильно-сильно возбуждена, можно такое делать. А у меня возбуждение пропадало, хотя трусики были насквозь мокрыми и похоже смазка потекла по бёдрам, что штаны пропитывались.

Я теряла ориентацию, податливо поднялась, когда Илья сел и потянул меня к себе.

— Данка, ты девственница? — шептал он мне в рот.

Грубо назвал. Видимо, не поверил, что я никогда с парнем не была. Решила принять это за похвалу.

— Ага, — пыталась отдышаться, хватала воздух порциями.

— Как сперма на вкус?

— Попробуй, — с вызовом посмотрела ему в глаза.

Ветров сжав моё лицо цепкими пальцами и вцепился в мой рот жарким, страстным поцелуем.

Впервые в жизни назвал её Данкой. Даже мысленно никогда не мог, а ведь считал себя сдержанным, таким невозмутимым маленьким, но титаном.

Вопрос: девственница могла так круто отсосать?

Без практики. Конечно же! Я ей доверял. Просто некогда и негде… Она способная. Может, увидела в порнухе или рассказали взрослые девки. Вот и всё, мне крупно повезло. Встретить девственницу, круглую сироту с трёхкомнатной квартирой в Москве и новым Мерином. Звучало настолько меркантильно и корыстно, что самому противно от этого.

Но ведь так и скажут!

Что мне до чужих голосов, у меня свой есть.

Я её люблю. Так сильно, что слабну в её присутствии, обречённо млею, когда она смотрит невинными глазами или что-то просит у меня. Дана для меня имеет огромное значение. Ведь моя мать сгорела при пожаре, отец остался инвалидом, но недолго протянул. И выжившая после пожара Богдана для меня как символ жизни, Богом Данная. Не всё потеряно, есть ради чего существовать в этом жестоком мире.

Даже если б не убрали шрамы, я меньше её любить не стал бы.