Год Ветра

Приоткрыл губы и ухватил её пальчик, обвёл вокруг него языком, поймав восторженный выдох своей девушки.

Я нёс её по длинному коридору в нашу спальню. Год в этой квартире. Каждый день мечтал, что буду спать со своей Даночкой. И сейчас не верил своему счастью.

— Сильно стесняюсь своих шрамов.

Ей это признание далось с трудом.

— Только мне, — ответил я.

— Даже тебе не хочу показывать.

— Вот этого не надо!

Она возмутилась, я её поставил прямо на кровать. Быстро включил жёлтый ночник. И пока девушка не опомнилась, задрал курточку и поцеловал животик, в ямочку пупка запустил язык.

Она недовольно толкалась, спустилась с кровати на пол, но убежать я не дал, схватил в свои объятия.

— Блин, забыли кисточку, — вспомнил я как офигенно она меня доводила до исступления. Ощущения невероятные! — Ничего, я языком. Тебе понравится.

— А вдруг нет? — беспокоилась, не давала руками под курточку залезть.

Пришлось насильно распахнуть и, применив силу, поцеловать плечо, на котором остались розовые разводы и немного рубцов.

И это всё? Такие беспокойства по поводу пустяков.

Нисколько меня не отталкивало её тело, наоборот влекло. Совершенно пустое волнение у Мышонка.

— Мне так неприятно, что кажется больно, — Дана морщилась, действительно, как от боли

— Первый раз так, — шептал я, натираясь головкой члена об её живот. — Я буду каждый день целовать по многу раз. Ты привыкнешь. А потом забуду поцеловать, и ты спросишь: «Ветер, почему ты не поцеловал моё правое плечо? Оно ждёт твоих поцелуев!»

Дана смотрела на меня с интересом. Ничего нет проще, стать таким же лёгким как она, быть с любимой на одной волне. С ней наедине, конечно. Никому наш мирок показывать нельзя.

— Ладно, целуй, — решилась из последних сил Дана и сняла кофточку.

— Руки опусти, — заворожённо прошептал я, глядя на неё сверху вниз.

Поджав губы, увела взгляд и опустила руки, оголив обалденные красивые груди. Чуть вздёрнутые, полные с аккуратными сосками, словно из нежного крема. Сладко выглядели, что слюной захлёбывался. И взгляд мутнел от дурмана, что затуманил голову. Она меня своей красотой заворожила.

Член дёрнулся вверх, я облизнул пересохшие губы, не в состоянии оторвать взгляд от…

Зачем она такая создана?!

Я же… Весь её… Чуть коснулся нежных плеч, боясь что Дана растает, как сон, и я проснусь один.

Она дрожала. И было видно, что ещё минута и убежит, закричит или запаникует. Не выведу потом из такого состояния. И всё придётся начинать заново. А я уже не мог остановиться, опьянённый девчонкой.

— Страшно, — выдохнула она.

— А так? — я быстро обнял её, зажмурился, чтобы хоть как-то скинуть жёсткое напряжение во всём теле.

Белые груди мягкостью своей поразили мой твёрдый торс, я ощутил их не просто кожей, всеми фибрами души.