Голос вождя

И вот, смотри, какая прелесть — аэродинамические гребни на крыльях! Они не позволят сорваться воздушному потоку на высоких скоростях!

— Именно! — удовлетворенно кивнул Лавочкин.

— Подожди… — нахмурился Поликарпов. — Но ведь тут фото… Это не макет, это взаправдашний самолет! Его испытывали! Где?

Лицо Семена приобрело серьезное выражение.

— Лучше не спрашивай, — посоветовал он. — Тебе все равно не ответят. Я так понял — нам дали лишь то, что способно помочь в работе, не уводя в сторону от правильного пути, экономя массу времени и сил.

— Да, ты прав… — Поликарпов с сожалением передал папку Лавочкину. — Запереть не забудь.

— Пошли в цех! Надо проверить линию, где бензобаки маслостойкой резиной обклеивают… Идея хорошая, конечно, — резина сама затянет пробоину, но я вот что подумал… А если мы еще станем подавать в топливные баки отработанные газы из двигателя, охладив их? Тогда мы попросту вытесним кислород, и бензин не вспыхнет!

— Наддув выхлопными газами? — задумался Семен. — Это интересно! Пошли, Николаич, пошли…

Уходя, Поликарпов подергал дверцу сейфа — закрыто — и запер за собой двери. На два оборота…

Последняя серия «Ла-5» сильно отличалась от предыдущих. Посторонний взгляд вряд ли заметил бы отличия, но они были. Например, лонжероны, эти хребтины крыла, изготавливались из дефицитного дюраля. Сечения их, естественно, сократились, и вес снизился килограмм на сто. Место освободилось, и удалось увеличить объем топливных баков.

Улучшилась общая аэродинамика — маслорадиатор перенесли и форму ему придали иную. Полностью заделали щели в капоте, ниши шасси, зализали фюзеляж. Сразу и быстрота возросла, и скороподъемность, и потолок.

Но самое полезное нововведение отметили пилоты — теперь к ручке управления не нужно было прилагать большого усилия, «рулить» самолетом можно было кончиками пальцев.

Установку гидроусилителей конструкторы провели на свой страх и риск — это несколько утяжелило истребитель, зато позволяло летчику не отвлекаться, а всецело заниматься основным делом — воевать.

Но сколько же было мороки с этой автоматикой… О-о…

Оба конструктора весь день и всю ночь не вылезали из цеха. Утром на завод явились их жены — покормили и заставили лечь спать.

Проснулся Николай где-то в обед. Вернее, его разбудили.

— Эй, вставай! — послышался голос Лавочкина. — Подъем!

— Дай поспать, — буркнул Поликарпов, — имей совесть…

Тут Семен заговорщицки проговорил:

— Там твой мотор привезли!

— М-71 в заводской упаковке!

Николай вскочил и едва не упал, запутавшись в пледе. Кинулся одеваться, обуваться… Сполоснув лицо, бегом отправился в цех.

Да, это был он, М-71.