Горе господина Гро

Дворецкий был совершенно безутешен: вчера ему кое-как удалось успокоить коллег, пообещав, что сварливый призрак прогостит у нас недолго — как я понял, старик и сам на это очень рассчитывал. Однако нынче утром Хумха вломился в кухню, устроил скандал, а напоследок заверил повара, что намерен остаться в этом доме навсегда и самолично проследить за питанием своего сына, тем более что он, то есть я, как выяснилось, важная персона, можно сказать, последний гарант спокойствия и безопасности Соединенного Королевства. Здорово все-таки ему Джуффин промыл мозги; с другой стороны, кому от этого стало легче? Такой уж человек Хумха: чем больше он старается принести пользу, тем разрушительней последствия.

Сказать, что я рассердился, — ничего не сказать. Я начал понимать, что имеют в виду люди, когда говорят про ярость, — до сих пор столь сильные чувства были мне неведомы и представлялись чем-то вроде вздорного каприза. Однако теперь мысль о том, что сэр Шурф способен в один миг испепелить призрак моего родителя, казалась мне скорее привлекательной, чем прискорбной. Боюсь, меня остановило только нежелание посвящать в свои семейные дела еще одного чужого человека. Ну и Джуффин, пожалуй, не одобрил бы столь скорое истребление своего партнера по картам — угораздило же меня их свести!

— И кто, интересно, будет теперь для меня готовить? — спросил я Хумху, который как ни в чем не бывало кувыркался под потолком в библиотеке.

— Разумеется я, — надменно ответствовал он. — А кому еще можно доверить столь важное дело?

— Каким образом ты собираешься готовить? Ты можешь взять в руки сковородку? А нож? А кусок мяса? Вот то-то и оно.

Призрак, однако, ничуть не смутился.

— Твои замечания довольно бестактны, — заметил он. — Не следует лишний раз напоминать о моем прискорбном положении. Ты, в отличие от меня, все еще жив, но это скорее твоя удача, чем заслуга, так что нечего задирать нос. Тем не менее ситуация не представляется мне безвыходной. Во-первых, посуду можно соответствующим образом заколдовать, я уже наводил справки, и твой собственный начальник признался, что подобный поступок не выходит за рамки его представлений о возможном и допустимом. Он практичный человек, как все шимарцы, этого у них не отнять. И если я попрошу его помочь нам с кухонной утварью, он, надо думать, не откажет. Во-вторых, можно просто нанять покладистого повара, который будет следовать всем моим указаниям. Так даже проще: я буду готовить чужими руками, то есть использовать их как своего рода прихватку — не только для горячей сковороды, а вообще для всего.

Я призадумался. Вообще-то я бы не отказался от Хумхиных обедов. Когда-то они были чудо как хороши.