Кровавая луна (ЛП)

Когда дюжину его публикаций передали в Комиссию по жалобам на прессу и выяснилось, что половина фактов из его статей — это фейки, Воге был уволен и стал персоной нон грата в норвежских СМИ на следующие пять лет. Как ему удалось вернуться, оставалось загадкой. А может, и не такой уж и загадкой. Он понял, что с музыкальной журналистикой покончено, и стал вести блог о криминальных происшествиях, который собирал всё больше и больше читателей, и в конце концов «Дагбладет» заявила, что нельзя ставить крест на карьере молодого журналиста только потому, что он допустил пару ошибок в начале своей карьеры, и взяла его на работу в качестве фрилансера — фрилансера, у которого сейчас выходит больше статей, чем у любого из штатных репортёров газеты.

Когда появились полицейские и заняли свои места за трибуной, Воге наконец отвернулся от Моны. Вышло два человека из полиции Осло: начальник отдела по расследованию убийств Катрина Братт и руководитель пресс-службы Полицейского управления Осло Кедзиерски, мужчина с гривой вьющихся волос в стиле Боба Дилана. И два человека из Крипоса: похожий на терьера Уле Винтер и как всегда хорошо одетый Сон Мин Ларсен, щеголяющий модной стрижкой. Итак, Мона предположила, что они уже приняли решение о том, что расследование будет вестись совместно отделом убийств Осло и Крипосом. Союз демократичной Вольво и аристократичной Феррари.

Большинство журналистов подняли свои смартфоны вверх, чтобы записать звук и сделать фото, но Мона До делала заметки от руки, а фотосъёмку предоставила своему коллеге.

Как и ожидалось, они узнали немногое, помимо того, что в Эстмарке, в парковой зоне рядом со станцией Скюллерюд, было найдено тело, и что погибшая была опознана как ранее пропавшая Сюсанна Андерсен. Дело будет рассматриваться как возможное убийство, но у них пока нет никаких подробностей, чтобы официально озвучить причину смерти, последовательность событий, имена подозреваемых и так далее.

Последовали обычные реверансы: журналисты засыпали сидящих на трибуне вопросами, а те, в основном Катрина Братт, повторяли «без комментариев» и «мы не можем ответить на это».

Мона До зевнула. Они с Андресом планировали устроить поздний ужин в качестве приятного начала выходных, но этому не суждено было случиться. Она записала всё, что было сказано, но у неё было отчётливое ощущение, что ничего нового она не услышала. Возможно, Терри Воге чувствовал то же самое. Он не делал никаких заметок и ничего не записывал. Просто откинулся на спинку стула, наблюдая за происходящим с лёгкой, почти торжествующей улыбкой. Не задавая никаких вопросов, как будто у него уже были ответы, которые его интересовали.