Кровавая луна (ЛП)

Имидж бескомпромиссного человека, которому наплевать на условности. Преувеличено, конечно, но людям нравятся такого рода мифы. И для наших целей его репутация помогла бы развеять подозрения в том, что наше расследование было куплено и оплачено.

— Ты стоишь каждого пенни, Юхан Крон. — Рё ухмыльнулся. — Это тот человек, который нам нужен!

— Проблема в том...

— Нет! Просто предложи ему больше денег, пока он не скажет «да».

— ...в том, что, похоже, никто точно не знает, где он находится.

Рё поднял свой стакан с виски, но не стал пить, просто хмуро посмотрел на него.

— Что ты подразумеваешь под «точно»?

— Иногда по работе я сталкиваюсь с Катриной Братт, главой отдела убийств, и когда я спросил её о нём, она сказала, что в последний раз он подавал признаки жизни из какого-то мегаполиса, но она не знала, где именно он находится и что он там делает. Скажем так, её слова прозвучали не слишком оптимистично.

— Эй! Не отступай теперь, когда ты рассказал мне об этом парне, Юхан! Он нам нужен, я это чувствую. Найди его.

Крон вздохнул. И снова пожалел, что открыл рот. Будучи хвастуном от природы, он, конечно же, попал прямиком в классическую ловушку «Докажи, что ты лучший», которую Маркус Рё, вероятно, использовал каждый божий день. Но поскольку его нога уже застряла в капкане, дать обратный ход было слишком поздно. Нужно будет сделать несколько звонков. Он подсчитал разницу во времени. Ладно, с таким же успехом он может заняться этим прямо сейчас.

ГЛАВА 3

Суббота

Александра Стурдза изучала своё лицо в зеркале над раковиной, привычно и тщательно моя руки, как будто она скоро прикоснётся к живому человеку, а не к трупу. Её лицо было жёстким, в оспинах. Её волосы, зачёсанные назад и стянутые в тугой пучок, были чёрными как смоль, но она знала, что первые седые волоски не за горами — у её матери-румынки они появились, когда ей было чуть за тридцать. Норвежские мужчины говорили, что её карие глаза «вспыхивали», особенно когда кто-нибудь из них пытался подражать её почти незаметному акценту. Или когда они посмеивались над её родиной, месте, которое многие явно считали большой шуткой, и она рассказала им, что приехала из города Тимишоара, где в 1884 году, впервые в Европе, было установлено электрическое уличное освещение, за два поколения до Осло. Когда она приехала в Норвегию двадцатилетней девушкой, она выучила норвежский язык за шесть месяцев, работая на трёх работах, которые она потом сократила до двух, когда стала изучать химию в Норвежском университете естественных и технических наук, а теперь только на одной, в Институте судебной медицины, одновременно сосредоточившись на выборе темы её докторской диссертации по анализу ДНК.