Город засыпает, просыпается мафия

— И чем это так ужасно? Кроме того, что будущее должно оставаться тайной?

— Большинство предсказаний были… скажем так, не очень позитивными. И среди наших экспертов существует предположение, что колода не гадает.

На этот раз на месте замер сам Нев, заставив ее сделать то же самое. На его лице отразилось понимание. Это многое могло объяснить.

— Она формирует будущее, — озвучил он свою догадку.

— И как обычно, эта возможность используется во вред. И на этот раз куда больший, чем когда-либо. Колода и до этого была опасна. А теперь из нее пилят еще более опасную вещь.

Он согласно кивнул. Пожалуй, на этот раз он был вынужден признать решение ее руководства правильным. Колоду определенно стоило изъять. Если она не просто гадает на будущее, а формирует его, то вполне может управлять и действиями людей, превращая их в ролевые карты. Если только кому-то удалось правильно направить их внутреннюю силу… Тогда и не требовалось никакого «большого выброса негативной энергии». Карты подпитывались ею столетиями.

Внезапный порыв ветра взметнул светлые волосы Лили и заставил ее поежиться от холода. Все мысли о колоде, ее потенциальных магических свойствах, «Мафии», убийствах и прочем моментально вылетели у Нева из головы.

— Ты совсем замерзла, — он едва ощутимо коснулся ее плеча. — Когда ты уже научишься правильно одеваться, отправляясь в Петербург?

— Наверное, когда стану бывать здесь чаще, — предположила она. Тон ее прозвучал при этом как-то странно.

— Могу я предложить тебе свою куртку? — без особой надежды спросил он.

Лиля хитро прищурилась, снова взяла его под руку, хотя на этот раз никто не шел им навстречу, и потянула дальше.

— Лучше позволь мне угостить тебя поздним обедом. Или ранним ужином. Что угодно, к чему можно взять горячий глинтвейн.

— Ни в коем случае, — возмутился Нев. — Угощать буду я.

— В детстве я терпеть не мог рис, представляешь? — весело сообщил Повилас, ловко подцепляя палочками кусочек ролла со сложной и оттого очень вкусной начинкой. — Кто бы мне тогда сказал, что во взрослой жизни я буду есть его чуть ли не каждый день.

Нагулявшись по городу, зайдя в кино и попутно основательно проголодавшись, они зашли пообедать в ресторан паназиатской кухни с яркой вывеской, на которой название было выведено таким затейливым шрифтом, что Таша так и не смогла его прочитать. Повилас утверждал, что здесь готовят лучшие суши в городе, а Таша и раньше знала, что шеф испытывает слабость именно к такой еде. Мясной стейк с кровью точно был не в его вкусе. Ей же было абсолютно все равно, что есть. В его компании она могла бы слопать на обед даже живую обезьяну.