Город засыпает, просыпается мафия

Он приоткрыл дверь комнаты, чувствуя себя почему-то почти воришкой, хотя им ясно дали понять, что всем, что есть на кухне, они могут угощаться в любое время. В коридоре не горел свет, дом давно погрузился в темноту. По крайней мере второй этаж, на котором поселили Артема.

Выскользнув из комнаты и оставив приоткрытой дверь, он непроизвольно вздрогнул, заметив краем глаза темную фигуру, притаившуюся в конце коридора. Однако посмотрев в том направлении внимательнее, Артем понял, что ему показалось. Коридор пустовал, возможно, какая-то тень просто так легла. Окон этот дом имел огромное количество, а сосны во дворе, все еще расшатываемые в разные стороны разгулявшимся ветром, могли отбросить и не такую тень. Еще две комнаты, которые находились за его спальней, были плотно закрыты, из них не доносилось ни звука. Кажется, остальные гости уже спали.

Артем тихонько спустился на первый этаж, убедился, что ни на кого другого ночной жор не напал, и только тогда немного расслабился. Здесь он уже никого не боялся разбудить шумом, поскольку все спальни находились слишком далеко, поэтому перестал делать все намеренно плавно и медленно и даже начал напевать что-то себе под нос, пританцовывая в такт собственному исполнению.

Собрав два трехэтажных сэндвича, он потянулся за коробкой апельсинового сока, но тут заметил в двери холодильника пару открытых бутылок белого вина. Обе произвели на него впечатление и названием, и винодельней, и он решил, что не будет никакой беды, если он угостится бокальчиком одного из них. Кленины точно от этого не обеднеют.

Налив себе еще и приличный бокал вина, Артем подхватил всю добычу и направился наверх, продолжая мурлыкать под нос песенку, но уже едва слышно, поскольку опять боялся шуметь.

У комнаты его ждал сюрприз в виде захлопнувшейся двери. Он специально оставил ее приоткрытой, чтобы не пришлось поворачивать ручку и можно было легко открыть ее ногой, но, видимо, какой-то сквозняк решил устроить ему сюрприз. С трудом перехватив посуду так, чтобы освободить руку, Артем все же справился с дверью и с легким вздохом облегчения захлопнул ее за собой.

Настроение почему-то было неадекватно приподнятое, несмотря на повод, по которому он оказался в этом огромном богатом доме. Но Артем ничего не мог с собой поделать: он любил роскошь, а это место вписывалось в его представление о роскошном. Даже в его спальне, которая играла роль комнаты для гостей, стояла огромная двуспальная кровать с хорошим ортопедическим матрасом, а вся мебель была сделана из массива. Никакой Икеи, ничего дешевого. Он любил вкусную еду и хорошее вино и ни минуты не сомневался, что его работа рано или поздно позволит жить не хуже.