Город засыпает, просыпается мафия
Чтобы предмет стал проклятым, с ним должно быть связано что-то такое… Какая-то страшная история, какое-то… зло. Тогда он может впитать это зло в себя и перенести на других людей — своих новых хозяев. Но, как я уже сказал, тридцати лет в современном мире недостаточно, чтобы такое произошло.
— Вы в этом уверены?
— Хорошая версия, — протянул Дементьев, удивляясь, что она пришла в голову не ему, но это только убедило его в том, что он обратился по адресу: Нурейтдинов, несмотря на свои довольно спорные взгляды на магию, сохранял очень трезвый подход к реальности.
— Понимаю, — лаконично отозвался Нурейтдинов, а потом на какое-то время замолчал, видимо, обдумывая новую порцию информации. — Скажите, а я могу увидеть эти карты?
— Они сейчас на экспертизе, проверяем отпечатки пальцев и другие возможные следы, но завтра с ними работу уже закончат, я могу вам их привезти.
— Приезжайте. Во второй половине дня у меня ни зачетов, ни консультаций, но я буду на кафедре часов до семи.
— Пока не за что. Мне и самому любопытно взглянуть на эти карты. Должен признаться, учитывая вторую часть, история стала не столько отвратительной, сколько интригующей.
— Я был уверен, что вас она заинтересует, — Дементьев расплылся в довольной улыбке.
— Честно говоря, не уверен. Во-первых, я не имею ни малейшего понятия, чем Войтех занимается между расследованиями. Кажется, один раз в общем чате промелькнуло что-то о его многочисленных командировках по работе, возможно, его нет даже в Москве. Во-вторых, если соберутся все, то Саша ни за что не позволит ему даже пытаться что-то «увидеть».
— Что ж, тогда постараемся обойтись без них… — разочарованно выдохнул Дементьев. Не то чтобы он сомневался в возможностях Нурейтдинова или слишком уповал на дар Дворжака. Просто он внезапно поймал себя на мысли, что было бы веселее расследовать это дело вместе с ними. Они всегда казались ему немного странными, но забавными ребятами.

















