Грабители

«Кажется, я раздет… Куда они подевали мою одежду?» — проплывали в голове Жака ленивые мысли. Он то утопал в волнах сонливого отупения, то возвращался к реальности, и тогда ему казалось, что он находится в недвусмысленной ситуации.

«Да, определенно, я сейчас с женщиной…» — думал Жак, пытаясь как-то упорядочить свои мысли. Но у него ничего не получалось.

Приходилось идти на поводу у чужой воли до того момента, когда все наконец завершалось естественным образом.

Однако отдыхал Монро недолго. На него снова брызгали ледяными искрами, и он чувствовал их быстрое и колючее прикосновение.

«Если я умираю, то, наверное, это не самая страшная смерть…» — подумал Монро, и перед его глазами расцвел яркий пламенный цветок.

В то время как он блуждал где-то на грани сна и реальности, его тело ни на минуту не оставалось без внимания. Извивающиеся змеиные тела серебристых красоток поочередно совершали на нем танец плодородия. После того как каждая получала то, что ей было нужно, сморщенная старуха в черной накидке осматривала Жака, а затем сбрызгивала его сонным маслом.

Наконец все закончилось.

Изможденное тело Монро казалось лишенным крови и выглядело как восковая фигура.

— А теперь согрейте его, — сказала старуха. — Он потерял слишком много сил.

После чего старуха медленно удалилась, а серебристые нимфы, словно бабочки на цветок, осторожно опустились рядом с Жаком. Какое-то время они что-то нашептывали ему, а затем успокоились и вскоре заснули, сплетя воедино свои гибкие тела.

Последнее, что видел Жак перед пробуждением, было лицо Саломеи. Ее глаза были задумчивы, а губы… Впрочем, эта картинка сразу исказилась, и Саломея стала гневно выкрикивать: «Ты сукин сын, Монро! Какой же ты сукин сын!»

Жак хотел остановить ее и объяснить, что он вовсе не сукин сын, но в эту минуту послышался голос полковника Вильямса, который прозвучал для Монро как утренний горн.

Лейтенант вскочил на ноги, и его нежные нимфы испуганно запищали, попав под яркие лучи солдатских фонарей. Почти тотчас же под потолком зажглись тусклые люстры, и Жак с ужасом увидел, что перед ним стоит добрая половина отряда, а сам он в чем мать родила да еще окружен обнаженными девицами, которые доверчиво к нему жмутся.

— Вы были правы, сэр, — произнесла Бонн, к которой первой вернулась способность говорить. — Лейтенант Монро действительно выполнял роль специалиста по связям с общественностью. Нетрудно догадаться, что общественность этой связью вполне довольна.

— Отставить шуточки, лейтенант Клейст, — строго сказал полковник и, повернувшись к Мастару, спросил: — Где его одежда и оружие?

— Сейчас все принесут, — заверил староста. Саломея смотрела на голого Монро сквозь линзы набегавших слез.