Грабители

Этим он намекал на полученные Эйром пять тысяч кредитов на представительские расходы и причитающиеся еще пятьдесят тысяч, если все увенчается успехом.

— Само собой разумеется, что сегодня мы займемся подготовкой, а уж завтра часиков… в двенадцать начнем собираться в холле.

— Конечно, мистер Эйр, я согласен, — ответил Билл и пошлепал в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок.

— Ну и пузо! — обругал себя Харченко, глядя на отражение в большом зеркале.

Жена советовала ему пройти курс лечения в специализированной клинике, но Харченко отказывался. Во-первых, он боялся уколов, а во-вторых, к толстым людям конкуренты относились с пренебрежением и часто на этом попадались.

«Где моя Лиза? Как там она, и что поделывает наш карапуз Вилли?» — думал Билл, забираясь под теплые струи воды.

Он прибавил напор и стал наслаждаться горячим душем.

Вчера Харченко опять разговаривал с женой. И снова обещал, что скоро вернется, однако делать этого ему вовсе не хотелось. Отношения с Ханной все ближе подвигались к постели, и Билл с трепетом ожидал того момента, когда между ними не останется никаких препятствий.

А еще Харченко звонил своим заместителям. Всем троим. Дела в финансовой сфере имперского агентства продолжали бурно развиваться, и Биллу не хотелось оказаться за бортом последних событий. Это грозило ему потерей власти и должности.

— Убью мерзавцев, — произнес Харченко и, выключив воду, снял с вешалки полотенце.

С другой стороны, его союзником был полковник Барнаби. Несмотря на невысокий чин, он имел хорошие связи. Чего стоила только эта группа поддержки, что жила в лошадином фургоне. Харченко уже удалось их увидеть. И хотя он не был специалистом в конских развлечениях, вид широкоплечих парней со сломанными носами никак не ассоциировался со скачками. Жокеи должны быть легкими, как голуби, а эти шагающие агрегаты весят под сто килограммов. Интересно было бы увидеть лошадь, которая смогла бы донести до финиша такого наездника.

Завернувшись в полотенце, Харченко вернулся в комнату, куда в ту же секунду ворвался Барнаби. Разбежавшись, полковник оттолкнулся ногами от пола и, перевернувшись в воздухе, упал на спину, прямо на неубранную постель Харченко.

Билл встал как вкопанный, пораженный полетом Барнаби.

— Что случилось? — наконец спросил он, но полковник поначалу его даже не замечал. Он смотрел в потолок и что-то бормотал.

— Билл, вам нравится ваша работа? — спросил вдруг Барнаби, не отводя от потолка мечтательного взгляда.

— Моя работа? — Харченко пожал плечами и прошел к креслу. — Работа как работа. Хорошее место, жалованье по двенадцатому разряду. В общем, я не жалуюсь.

— Я не об этом, Билл.

— Барнаби резко поднялся и опустил ноги на пол.