Гражданин начальник

– Какое-то уж больно зловещее у тебя понимание этого происшествия!

– Простоват! – Пафнутьев виновато улыбнулся. – У меня же это убийство первое... Всюду мерещатся покушения, погони, трупы... Тот же Жехов... Вечером я с ним потолковал, а утром ему уж вскрытие в морге делали.

– Не вижу никакой связи!

– Я тоже не вижу, может, в самом деле слаб по этому делу, но чудится мне, Леонард, – Пафнутьев доверительно понизил голос, – чудится мне, что и этот труп не последний.

– Ну ты даешь! – Анцыферов побледнел. – Кто же следующий?

– Откуда мне знать... Приходят в голову мысли, я и делюсь ими.

Ведь кто-то же замарал шаловливые свои ручонки об эти два трупа, кто-то приложил усилия...

– Опять ты их связываешь вместе! Ведь установлено – по пьянке вывалился мужик. К бабе полез на соседний балкон!

– А я что? Я ничего... Пусть так, Леонард Леонидович, пусть так. Тем лучше, как говорится.

– Почему лучше? – опять насторожился Анцыферов.

– Да потому, что преступления нет. Есть несчастный случай. И не надо никаких расследований. И статистика в порядке. И все прекрасно. А напился мужик или с балкона ему дали под зад коленом.

.. Так ли это важно!

Стремительный Анцыферов, в темно-синей тройке, голубоватой рубашке, в галстуке с изысканными красно-синими полосами, пробежал по кабинету, мимолетно отражаясь в застекленных шкафах, набитых сводами законов, и, успев оценить прекрасное свое отражение в высоких стеклах, резко остановился перед Пафнутьевым.

– Звонил Колов, – произнес он так, словно все сказанное до сих пор было пустой болтовней и вот только теперь пора приступать к главному.

– Да? – неуклюже повернулся Пафнутьев.

 – Как поживает? У него все в порядке? Жена? Дети?

– Он просил тебя зайти к нему, – Анцыферов попросту не услышал следователя.

– Но мне нечем его порадовать... Может быть, нашлось письмо, которое исчезло с его стола? Да, наверно, письмо, – утвердился Пафнутьев в своей догадке и поднялся, чтобы уйти.

– Он ничего не говорил о письме, – бесстрастно сказал Анцыферов, с трудом сдерживая гнев. – Он говорил о том, что ты доставил в милицию хулигана, а тот пытался спекулировать его именем.

– Этого хулигана звали Олег Михайлович Жехов, – ответил Пафнутьев, потупив глаза.

– Ты хочешь сказать, – растерялся Анцыферов. – Ты утверждаешь, что...

– Да, Леонард! Именно это я и хочу сказать. Как бы мы с тобой ни относились к этому делу, но их двое. Пока двое.

– Пахомов и Жехов. И я своевременно ставлю тебя об этом в известность.

Анцыферов некоторое время молчал. Потом посмотрел на часы – в затруднительном положении он всегда смотрел на часы, будто надеялся увидеть подсказку – что сказать, как поступить, какое решение принять.