Гражданин начальник

«Пропажа пленок» – и дата. «Вызов к Анцыферову. У него Колов». «Слежка». «Сорвался с балкона?» «Бедная Инякина...» «Стоп, – сказал себе Пафнутьев. – Здесь что-то стало горячее... Инякина... Красивая девушка, только слегка запуганная... Припугнули ее...»

Именно этих, во всяком случае, очень на них похожих, описывала Инякина, когда рассказывала, как ее затащили в машину. Правильно, вот запись... Один – патлатый, с длинными волосами, второй – неопрятный толстяк, а третьего, за рулем, она запомнила только по стрижке, назвала его стриженым...

«Боже, да я, кажется, в самое гнездо попал!» – воскликнул про себя Пафнутьев, и от его расслабленного состояния не осталось и следа.

Все правильно – Патлатый, Толстяк и Стриженый... Так и будем их величать.

Чтобы не выдать своего состояния, Пафнутьев подобрал с земли прутик и принялся чертить по земле, вроде бы скучая, вроде бы совершенно не интересуясь ничем вокруг. Рядом звучали голоса, грохотали железки, ребята покрикивали друг на друга, а Пафнутьев, склонившись над влажной землей, приходил в себя от ошарашивающего открытия. Его отвлек автомобильный гудок, подняв голову, он увидел, что это мотоцикл.

Парень в шлеме, закрывающем все лицо, и в черной куртке на скорости въехал во двор и резко затормозил у самой колонки, обдав Пафнутьева жаром разогретого мотора. Не успел следователь произнести и слова, как на крыльце возник Подгайцев.

– Андрей! – крикнул он. – Зайди сюда... Быстрей! Тебя к телефону! Уже третий раз звонят!

– Иду! – Парень на ходу сбросил шлем и побежал к конторе.

«Не иначе как боится Подгайцев, что я задам неподготовленному человеку каверзный вопрос, – подумал Пафнутьев. – Чудак, невдомек ему, что нет у меня никаких вопросов, осталось только желание – побыстрее смотаться отсюда».

Снова на крыльце показался Подгайцев. Найдя глазам Пафнутьева, он направился к нему.

– Звонил Заварзин, – сказал он. – Предупредил, что его сегодня не будет.

– Вы сказали, что я его жду?

– Не успел... Он нас не балует долгими разговорами... Скажет, что считает нужным, и тут же вешает трубку. Хозяин, – Подгайцев виновато развел руками.

– Жаль, – вздохнул Пафнутьев и поднялся. – Жаль. Придется пригласить в прокуратуру, уж коли здесь побеседовать не удалось.

– Пригласите, – кивнул Подгайцев. – Не знаю, правда, сможет ли он... Дел, как всегда, по горло.

– Сможет. Можете мне поверить, – Пафнутьев заговорил жестче, понимая, что их разговор станет известным Заварзину не позже чем через пять минут. Оглянувшись, он заметил, что члены кооператива неотрывно наблюдали за ним, у всех в руках были инструменты – у кого монтировка, у кого ключ. – Уезжаю, ребята, – сказал он. – Извините, что не смог побыть подольше. Но если Заварзина не будет, то и мне здесь делать нечего.