Купидон с топором

А ты вот всегда таким был до приезда сюда?

— Каким таким?

— Ладно, задам вопрос по-другому, сколько у тебя было женщин? — выпаливаю я, совершенно не задумываясь о том, как это звучит, и вообще имею ли я право такое спрашивать. — Ну примерно, округли. Ответ «много» меня не устраивает, я лучше услышу двести, триста, округляй в общем.

— Шесть, — не задумываясь, отвечает Илья. — Смысл округлять, я их и так всех помню.

— Шутишь?

— Нет. Я вполне серьезен, — тянется к кофейнику и разливает в чашки напиток. — Только причем здесь женщины и моя борода?

— Хватит мне лапшу на уши вешать. Ты хочешь сказать, что с такой смазливой мордашкой у тебя было всего шесть женщин? Я что по-твоему, совсем дура?

— Нет. Ты хочешь, чтобы я их округлил до шестидесяти? Ну могу и так сказать, только я думал ты правду хочешь услышать, а не просто так, — отпивая кофе и, откидываясь на спинку стула, спокойно произносит Илья.

— Шесть женщин? — повторяю я, не веря в произнесенные мной же слова. — Ну бред же! И ты прям всех их помнишь?

— А чего их забывать-то? Проститутка после выпускного в школе, — загибает большой палец. — Две девушки в университете, — вслед за большим пошли еще два пальца. — Жена, затем еще две уже здесь. А чего тебе собственно не нравится?

— Тут что женщины есть, кроме твоей Кати?! — вскакиваю со стула аля истеричка, игнорируя его вопрос.

— Здесь-это имеется в виду в городке, где стоит твой желтопузик, — улыбаясь произносит Илья. — А вообще, да, в этом поселке, представь себе, тоже есть женщины детородного возраста, просто я предпочитаю с ними не спать.

— Да ты я смотрю вообще образец порядочности, даже проститутка всего одна. Шесть женщин… нет, ну кому скажи-не поверят. А почему так мало?

— А что, у нас все познается в количестве?

— Не знаю я, что, где и в чем познается. Так, ладно, значит ты не пользовался своей смазливостью, это хорошо.

— Ань, ты серьезно? — приподнимается и тут же тянет меня к себе на колени. Ой-ой-ой, всегда мечтала побывать у мужика на коленях, а не только смотреть на это в кино. — Ты считаешь меня смазливым?

— Я не пойму, ты сейчас на комплименты напрашиваешься?

— Нет, хочу понять, что за заскок в твоей голове. То ты просишь сбрить бороду, то снова отрастить, не жирно ли, дорогая?

— Ладно, ходи так. Ну щетинку можешь отрастить? — не скрывая улыбки, прошу я. Черт, а ведь я и вправду наглая.

— У тебя были мужчины с щетиной? — нет, ну что за тупица, на лбу написать себе что ли, что я девственница?

— Не было.

— Так вот, щетина, между прочим, колется похлеще бороды, а ты, если мне не изменяет память, хотела чего-то гладкого. Вот и получай, разрешаю потрогать, — без тени шутки произносит Илья и сам берет мою ладонь.