И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Он знал, как наблюдать за крышами, умел прочесывать взглядом толпу, выхватывая подозрительные лица. Стэн не растерялся бы, выскочи на него шахид с гранатометом наперевес. Просто очередь в корпус – и все, готово, еще один тюрбаноголовый отправился к Аллаху.

Но защита гражданского лица – это ведь совсем другое?

Все, что знал Стэн о работе телохранителя – это фильм с Уитни Хьюстон. I Will Always Love Youuuu… И этот еще, дурацкий. С Николасом Кейджем. Если работа телохранителя действительно похожа на всю эту хуйню – то зря он ввязался.

Хотя… Как же вытянулась рожа самодовольная рожа Шепарда, когда рыжая его на работу позвала! И Говард. Вот уж от кого Стэн не ожидал такой подлости… Нет, Говард был той еще занозой в заднице – вечно недовольный, вечно поучающий. Но Стэн искренне верил, что Говард о нем заботится. А тут вот такая херня! Говард приперся в «Торнадо» не для того, чтобы поддерживать Стэна. Он приехал, чтобы слить личную, мать его, информацию. Еще и от себя дерьма навалил, урод.

Ну вот какой, нахуй, срыв?! Стэн ни разу никого не подводил. Ни разу. Да, у него есть проблемы со сном, да, иногда он психует из-за какой-нибудь ерунды. Конечно, это неправильно - но Стэн никого не подвел! И если Говард уверен, что Стэн не справится – то он полный идиот.

А рыжая увидела, чего Стэн стоит на самом деле. И она, блядь, права. Стэн отличный солдат. Этого хватило Америке – этого хватит и рыжей. Стэн справится.

Все будет хорошо. Все будет просто отлично.

Ухватившись за это решение, как утопающий за буек, Стэн выдохнул и соскользнул в сон. Тишина приняла его в теплые мягкие ладони, укрыла и спеленала. Стэн опускался все глубже и глубже, и темнота расступалась под ним, податливая, как вата. А потом он встал. На небе яростно скалилось безжалостное афганское солнце, а вокруг был песок – бесконечный, бескрайний песок, и земля под ним содрогалась от взрывов. Смерть приближалась к Стэну, невидимая и беспощадная, она летела, расправив крылья, и воздух вокруг нее выл и вибрировал. Стэн был таким крохотным. Таким маленьким и беззащитным посреди этой огромной пустыни. Смерть размолола бы его в фарш, разорвала плоть и переломала кости. Стэн видел, как это происходит. Оглушающий грохот – и вместо человека перед тобой лежит кусок орущего мяса. А потом проходит время – и это мясо больше не орет.

Смерть надвигалась, она была все ближе и ближе, и нужно было бежать, но Стэн никак не мог сдвинуться с места. Ноги стали тяжелыми, они вросли в песок и пустили корни – а тяжкий, нарастающий вой становился все ближе и ближе. Захлебываясь от ужаса, задыхаясь и всхлипывая, Стэн рванулся изо всех сил… и смог. Он вырвался. Стэн бежал, захлебываясь горячим воздухом, поскальзывался, падал и снова бежал. А потом на Стэна надвинулась огромная бесформенная тень.