И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Физическая подготовка – это важно, - назидательно сообщил Стэн и тщательно выверенным движением заломил ей руки за спину.

- А бальзамчики что, не действуют? - Делла хихикнула в подушку и взбрыкнула, проехавшись задницей по предательски твердому члену. Стэн с шипением выдохнул и навалился на нее всем весом.

- Охуенно действуют.

- Они же вроде как успокаивать должны.

- И поднимать настроение. Как видишь, отлично все поднимается.

Примерившись, Стэн прицельно цапнул Деллу за загривок и сжал зубы. Делла пискнула, ноги у нее разъехались, и Стэн, воспользовавшись шансом, вклинил колено.

- Ты же хотел о хомячках поговорить? – прошептала Делла севшим голосом и снова крутнула задницей.

- Обязательно поговорим. Потом, - перехватив ее запястья одной рукой, второй Стэн стащил штаны – сначала с Деллы, а потом с себя. Прикосновение кожи к коже оглушило, как удар током. Застонав, Стэн вжался членом ей в задницу и судорожно зашарил по дивану, нащупывая подушку. Делла урчала, как кошка, и ритмично раскачивалась, отчего член между ягодицами двигался вверх-вниз по собственной смазке. Остатки крови, питающие лобные доли мозга, ухнули вниз – в пещеристые тела, и Стэн зарычал.

Поймав, наконец, проклятую подушку, он сунул ее Делле под бедра, приподнялся и засадил на всю длину. Смотреть на Деллу вот так, сверху, удерживая ее на коленях, было до боли сладко. Лазоревая футболка с апокалиптической брокколи задралась, сползла к шее, обнажая белую спину с проступающими косточками позвонков. Стэн толкнулся бедрами, наблюдая, как блестящий от смазки член медленно выходит и снова погружается в горячие мокрые складки. Делла застонала низким горловым звуком и подалась назад, насаживаясь так, что в глазах темнело.

- Лежи, - скомандовал Стэн, чуть сильнее надавливая ей на руки, поднялся на колени и сжал в кулаке растрепанные рыжие волосы. – И что ты теперь сделаешь?

На самом деле Делла могла сделать дохрена всего, от тяжких телесных до летального, и Стэн это понимал как никто другой. Трахать ее вот так, уткнув носом в подушки, было так же охуенно, как лететь вниз с американских горок. Восхитительно. Безумно. И безопасно. Делла позволила Стэну нагнуть себя, отдала ему руль, не колеблясь, и эта мысль сносила крышу напрочь.

Стэн трахал ее размашистыми мерными движениями, наблюдая за движением собственного члена, как за работой хорошо отлаженного поршневого механизма: вперед-назад, вперед-назад. Делла глухо вскрикивала, оттопыривала задницу и подмахивала, по спине у нее пробегала короткая дрожь, а пальцы сжимались, бессильно хватая воздух.

Дурея от собственной наглости, Стэн остановился. Делла недовольно хныкнула, заерзала, подталкивая его к движению.

- Что? – повернула она красное, мокрое от пота лицо, облепленное рыжими прядями.