Я люблю тебя

Леонардо отодвигается от меня, чтобы позволить мне вздохнуть, тогда я поворачиваюсь к нему, и мы улыбаемся друг другу, словно только что занимались любовью впервые. То ощущение заполненности, которое я почувствовала недавно, по-прежнему остается во мне, и мы снова и снова обнимаемся, не говоря ни слова, только волна нашего дыхания обволакивает нас.

Хотя в эти дни он ни разу не заговорил о ней, я никогда не смогу освободиться от призрака этой женщины, которая пока является его законной женой. Не могу даже произнести ее имя, потому что Лукреция еще вернется, я чувствую это. Эта мысль сжимает мне сердце, и я изо всех сил стараюсь отогнать ее. Мое счастье наполнено светом – как луна, которая сейчас видна в окне.

Мы садимся на террасе, чтобы насладиться ветерком с моря. Небо – сплошной звездный ковер. Огни поселка выключаются, но вулкан там, наверху, не спит: выпускает в небо валики и спирали, которые с непрекращающимся ритмом освещают темно-синий цвет ночи.

– Он похож на охранника Стромболи, – это мысли вслух.

– Да, – отзывается Леонардо, взглянув на темный горизонт.

Затем поворачивается и, глядя мне прямо в лицо, резко приподнимается со скамьи, берет меня за руку и, словно раздумывая над чем-то, говорит:

– Увидишь, – его грудь напрягается под рубашкой, – давай вставай.

Улыбаюсь. Кто знает, что у него на уме? Однако не хочу заставлять его ждать.

Спустя некоторое время мы бороздим мелкие волны в темноте, на небольшой надувной лодке белого цвета, над нами луна, а за спиной – Стромболи. Мы плывем по направлению к Стромболиккио: именно туда решил отвезти меня Леонардо. Через несколько минут мы доплываем до места, еще совсем недавно бывшего для меня лишь фантазией, – островок с крутыми скалами посреди моря и маяк, проецирующий на горизонт сноп светло-желтого света.

Леонардо привязывает лодку к выступу. Отсюда начинается каменная лестница, поднимающаяся вверх подобно языку, вырезанному в скале. Чтобы двигаться здесь с уверенностью, не хватает света, и Леонардо включает фонарик, захваченный с собой. Он всегда все предусмотрит. И в эти дни внушает мне такое чувство уверенности, какого у меня не было в дни нашей страсти в Венеции и Риме.

Вблизи скала гораздо больше, чем видится с террасы нашего дома. Она возвышается над нами подобием мифологического морского чудовища, поднявшегося над поверхностью воды. Теперь я чувствую себя очень маленькой. И после всего, что случилось сегодня вечером, будут ли у меня силы, чтобы взобраться на этот величественный скалистый конус? В последнее время я почему-то боюсь высоты (прежде этого не было: я спокойно работала над фресками, взобравшись на леса). Уже чувствую пустоту в животе.

Леонардо смотрит на меня, и я понимаю, что он улыбается в темноте.