Я сломалась и падаю вниз

Матвей сощурился от яркого света, когда Мила зажгла все лампочки в подвесных потолках. Ремонт, похоже, закончили недавно и под ключ, а мебель завезли еще не всю. Кухонный гарнитур, встроенный шкаф-купе в прихожей, в гостиной кожаный диван, два кресла и журнальный столик, в спальне — шаром покати. Мила показала ему всю квартиру, даже шкаф-купе в прихожей раскрыла. Разве что на лоджию не повела.

— Как, нравится? — спросила она.

— Все хорошо. Только я не понимаю, зачем вы это мне показываете?

Волосы у нее высоко убраны, на изящной шее ниточка натурального жемчуга, черное платье средней длины, белый укороченный пиджачок. Черты лица не совсем правильные, нос чересчур маленький. В общем, красотой она не блистала, но за счет своей женственности выглядела очень даже соблазнительно.

— Вы же думаете, что мне нужна квартира Маканина, не так ли? Нет, у моего Никиты уже есть свое жилье, и от отца ему ничего не нужно.

— Я же вам сказал, что мне все равно. Пусть это вы убили Маканина, — не совсем искренне проговорил Матвей. — Меня интересует его друг.

— Но я не убивала Диму, — выключив свет в прихожей, сказала Мила.

— И его друга для этого не нанимали?

— Но этот друг его все-таки убил?

Матвею показалось, будто Милу схватила за шею чья-то невидимая рука, наклонила ее и потащила на кухню. Там она села за стол, лицом к нему.

Женщина выключала за собой свет, в итоге лампочки горели только на кухне. Штор на окне не было, и Матвей взял это себе на заметку.

— Не надо от меня убегать, — сказал он, усаживаясь за стол напротив нее. — Я не кусаюсь.

— Значит, в той квартире вас могут прослушивать, — напомнил он.

— Все может быть, — кивнула она.

— Вы оглядывались на свою подружку, когда хотели сказать про человека, которого я ищу. Почему? Чего вы боялись?

— Дело в том, что этот Миша когда-то был ее любовником. Я не хотела признаться в том, что спала с ним.

— Значит, его зовут Миша. А фамилия?

— Ну да! Я вам скажу, а вы его арестуете. И меня тоже. Даже разбираться не станете! — разволновалась Мила.

Она вдруг резко поднялась, достала из шкафа бутылку виски, скрутила пробку, плеснула в стакан на два пальца, тут же увеличила порцию и залпом выпила.

— Уф!.. Ой! — Мила растерянно посмотрела на Матвея. — Извините, как-то не подумала! Будете?

Он отрицательно покачал головой.

— Вам видней. А я повторю, ничего?.. — Она снова плеснула себе, но уже меньше, чем на два пальца. — Только вы не подумайте, что я алкоголичка. Просто Алла сегодня зашла, мы разговорились, слово за слово, капля за каплей. Мы ведь раньше так с ней отрывались, что вспомнить стыдно. Меня и сейчас, бывает, заносит, — с лукавым прищуром сказала она. — А Алла себя блюдет. С тех пор как замуж вышла. Я ее сегодня нарочно на грех подбила.