Я сломалась и падаю вниз

— И поехала меня убивать?

— Нет, я хотела остановить психа. А может, и убила бы!.. Так и сделаю, если с какой-нибудь сукой застукаю! — скорее в шутку, чем всерьез пригрозила она.

— Если убьешь, значит, любишь. — Он улыбнулся.

— Ты узнаешь об этом после смерти.

Тому же Стригуну она никогда не признавалась в любви. Если бы Лена вдруг опустилась до этого, то только по принуждению, совершая большой обман. Зато Илье она призналась в своих чувствах с легкой душой. Лена его не любила, но при этом не обманывала. Во-первых, он был достоин такого признания, а во-вторых, она действительно хотела его полюбить.

— Только ты все узнаешь в торжественной обстановке. Как насчет ужина при свечах?

Лена уже не была совсем молоденькой, но ведь еще и не постарела. Она выглядела моложе своих тридцати двух лет. Занятия на тренажерах, здоровый образ жизни, правильный уход за кожей — все это давало знать о себе. Фигурка у нее была замечательная. Она неплохо умела танцевать. Так что если Коригов сумеет создать настроение, то он получит феерический стриптиз в ее исполнении.

Дома Лена приготовила ужин, приняла душ, надела эротическое белье, нарядилась в короткое платье для коктейлей. Охранники во дворе, в сторожке. В дом по своей воле они не зайдут, поэтому она запросто могла разгуливать по комнатам топлес.

Впрочем, это еще впереди. Усаживаясь за стол, Лена была почти уверена в том, что позволит себе опуститься до откровенного разврата. Почему нет? Чем больше будет эротики в ее исполнении, тем меньше муж станет смотреть на сторону.

Они пили красное бордо, закусывали нежными телячьими стейками, а потом Илья вдруг предложил перейти на белое вино.

— У нас нет рыбных блюд, дорогой.

— Зато есть русалка. Если, конечно, ты захочешь ею стать.

Охваченный эротической фантазией, он предложил ей перекочевать в джакузи. Там она и должна была превратиться в русалку.

— Может, я лучше стану Афродитой и выйду к тебе из пены морской?

— Звучит завораживающе.

— Тогда жди, я позову.

Лена отправилась в ванную комнату, наполнила джакузи, взбила пенку, разделась, позвала Илью и опустилась в воду. Но к ней почему-то зашел Морж.

В первое мгновение Лена решила, что Илья подмешал в вино какой-то наркотик, чтобы вдохновить ее на эротические фантазии и смелые эксперименты.

— Ну и чего смотришь! Давай поднимайся! Покажи мне свою Афродиту! — Бандит оскалился.

Голос его стал гораздо гуще, чем прежде, и сам он огрубел до невозможности. За пять лет Морж постарел, заматерел. Его правую щеку от уха до самого подбородка рассекал глубокий шрам. Лицо темное, кожа дубленая, зубы гнилые. Страшный до ужаса.

Лена хотела спросить, откуда он такой жуткий взялся, но на нее напала икота, да и спазмы сдавливали горло.