Лакей и я

Этот вопрос тоже не следовало задавать, но сдержаться опять не получилось.

— Иначе и быть не может, — самодовольно заявил сэр Реджинальд, достал из рукава платочек и кашлянул, прикрывая рот. — У нее нет выбора.

Рыцарь ухмыльнулся, продемонстрировав неровные желтые зубы, и Лукас содрогнулся, представив Фрэнсис с ним рядом. Не удивительно, что она считает всех джентльменов надутыми индюками. Этот экземпляр, что сидел сейчас напротив, говорил о ней так, будто она вещь и не имеет права голоса.

— Понимаю, — ответствовал Лукас.

Он тряхнул головой, понимая, что необходимо сменить тему, пока он не вышиб дух из этого осла. — Впрочем, я просил вас о встрече по другой причине.

— Позвольте, угадаю, — улыбнулся рыцарь. — Вы желаете обсудить законопроект о занятости."

"— Вы очень проницательны, сэр Реджинальд, — усмехнулся Лукас, глотнув бренди.

Рыцарь вздохнул и снова взмахнул рукой.

— Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться: в последнее время вы только об этом и говорите, Кендалл. Вы прямо-таки одержимы этим законом.

— Примите мои извинения, если разговор показался вам слишком скучным, — через силу улыбнулся Лукас, понимая, что с этим человеком следует соблюдать осторожность. Одно неверное слово, и сэр Реджинальд вместе с большой группой роялистов, которые еще не определились со своей позицией, переметнется на сторону оппозиции. — Вы не пришли к какому-то решению с нашей последней встречи?

Сэр Реджинальд устроился удобнее и, сделав глоток, заявил:

— Честно говоря, нет. Знаю, вы ожидали другого ответа, но пока ничего не изменилось.

Лукас кивнул.

— Понимаю. Если вы еще не приняли решение, я готов обсудить с вами любой аспект закона.

— Я знаю, Кендалл, и в этом заключается проблема, — нетерпеливо вздохнул сэр Реджинальд.

Лукас нахмурился.

— Что вы имеете в виду?

— В отличие от вас, которого интересуют мельчайшие аспекты этого чертова закона, меня больше интересует другое. — Он сделал неопределенный жест рукой. — Что буду иметь я, если проголосую так, как вы хотите?

Лукас стиснул зубы. Он не был наивным и прекрасно знал, что подобные договоры не редкость при решении политических вопросов, но это не означало, что все его существо не противилось такой постановке вопроса.

— Что ж, надеюсь, вы проголосуете так, как подскажет вам совесть. Если у вас остались какие-то вопросы, я готов ответить на любой.

— Надеждой сыт не будешь — медленно проговорил сэр Реджинальд. — Скажу откровенно, я заинтересован в сделке определенного рода.

— О чем вы, сэр Реджинальд? — неприязненно спросил Лукас, с трудом сохраняя самообладание: ему надо было знать, чего он хочет. — Вы ведь только что сказали, что не нуждаетесь в деньгах.

— Сказал, и повторю: деньги мне не нужны.