Лакей и я

— Что?

— Это правда! — объявила мать. — Но сэр Реджинальд намекнул, что готов взять тебя и так."

"Фрэнсис прижала ладонь к глазам. Ей показалось, что в грудь ударило пушечное ядро. Новость была страшна сама по себе, но тревога матери на грани ужаса делала ее еще страшнее.

Фрэнсис прекрасно знала, что говорить матери о своем нежелании выходить замуж бесполезно: она совершенно одержима стремлением пристроить ее хоть как-то. Фрэнсис глубоко задумалась. А что если родители не смогут содержать ее? Она никогда об этом не думала и не прислушивалась к словам матери. Очевидно, источником ее страха было опасение за собственное будущее: старость не за горами.

— Неужели ты не понимаешь, — расплакалась, не выдержав, леди Уинфилд, остановившись перед дочерью, — что нам всем жизненно необходимо, чтобы ты вышла замуж за сэра Реджинальда? Он — наша единственная надежда на выживание, потому что богат и обещал помогать нам. Твоя сестра еще слишком молода для замужества. Конечно, позже мы подыщем и для нее партию, но пока…

Фрэнсис встала и порывисто обняла мать, которая уже рыдала в голос, не в силах больше сдерживаться.

— Я ничего этого не знала, мама, клянусь! Мне и в голову не приходило, что все так плохо.

Какая же она дрянь! Слепая эгоистичная идиотка! Ей было известно, что у отца проблемы и, возможно, большие, судя по количеству визитеров, требовавших денег, но она верила матери, которая утверждала, что они бедны, но не нищие. Лишь одно Фрэнсис знала твердо: ни за что она не допустит, чтобы ее младшую сестру продали как вещь. Если уж одной из них и суждено принести себя в жертву, чтобы спасти семью, она готова.

— Я понимаю: ты ничего не знала, детка, и мне очень жаль, что все зашло так далеко. Самое ужасное, — судорожно всхлипнула леди Уинфилд, — что я истратила наши последние средства, чтобы можно было приехать сюда, так что без сэра Реджинальда нам никак…

Мать без сил села на кровать, Фрэнсис опустилась рядом и погладила ее по седеющим волосам.

— Поверь, мама, мне очень жаль: тебе было так трудно со мной, — но теперь не беспокойся. Пожалуйста, не надо.

Мама вытерла глаза платочком.

— Спасибо, дорогая. Надеюсь теперь, когда знаешь, как обстоят наши дела, ты подумаешь о семье и примешь ухаживания сэра Реджинальда.

Фрэнсис медленно кивнула. Если у нее и была маленькая — совсем крошечная — надежда на будущее с Лукасом, но теперь она умерла. К несчастью, она не может позволить себе выйти замуж по любви за бедного лакея. Семья надеется на нее.

Глава 24

Пока Лукас одевался для встречи с сэром Реджинальдом, ему приходилось отбиваться от самых безрадостных мыслей, которые преследовали его, атаковали, колотили по голове, словно крупные капли дождя по парусу корабля.