Я тебя получу

Да, чудил, всякое было. И на спор, и просто по дурке, но все не так безнадежно, цветочек. Я могу изменить свою жизнь. Знать бы только, ради кого.

— А твой отец? — решаюсь шагнуть на наверняка опасную территорию. — Не расскажешь мне о нем?

Паша тяжело вздыхает и снова роняет голову на подушку. Затем протягивает руку и, подцепив со стола коробку спичек, пихает одну в зубы.

— Батя мой неплохой человек, но как бы это сказать — слабохарактерный. Ну, знаешь, куда ветер подует… Когда мама начала пить, он мог на нее повлиять. По-мужски. Мог. Но не стал. Нет, не то, чтобы совсем молчал — пытался там что-то, но она его не слушала, все обвиняла, что это из-за него она «до такой жизни докатилась». Мол, нищие, все дела. Жили мы и правда хреново — отец никак не мог устроиться на нормальную работу, мать вечно выгоняли за то, что приходила поддатая, короче, полная задница. Я мелким был, но хорошо то время помню. Такое попробуй забыть, — губы трогает горькая усмешка, а потом он снова становится серьезным, и я понимаю, что мы подошли к самому главному. — Года через полтора после смерти матери он познакомился там с одной, нормальная тетка, конфеты нам с Андрюхой передавала. Батя вроде как отживел, намекал, что скоро у нас, может, новая мама появится. Нормально все шло и реально начало казаться, что забрезжил слабый свет в конце нашего наполненного бесконечным дерьмом тоннеля. А потом, когда отец был у нее дома, у этой тетки, туда заявился ее бывший муж, начал распускать руки, избил ее жутко. Ну у отца кукушку и сорвало. Он не хотел его убивать, просто так получилось. Иначе тот мужик бы ее реально прикончил.

— А ее показания разве не приняли в расчет?

— Приняли, но это особо не помогло. Заяв в ментовку от нее на бывшего никогда не поступало, перед законом он был законопослушным гражданином, бывший военный, а вот мой отец цветмет на работе воровал, за что и был когда-то уволен по статье. Да и вообще репутация так себе. Короче, сама знаешь, прокурору лишь бы найти козла отпущения и побыстрее закрыть дело. К тому же, как я потом узнал, мой отец и твой в прошлом были знакомы. Но, как видишь, друзьями их назвать было сложно.

— Мой отец знал твоего? Но как? Откуда? Они учились вместе?

— Тут ничего не скажу, не знаю.

То, что папа знал отца Кнута насторожило. Если так, то вариант с «чем-то личным» обретает под собой вполне реальную почву. Я люблю своего отца, очень, даже не смотря на то, что он мне врал. Он единственный близкий для меня человек, он мой папа и другого у меня нет, но так же я прекрасно знаю его характер. Очень сложный. Принципиальный. И мстительный, как бы мне не хотелось думать о нем иначе.

Все так сложно… Ну почему именно Кнут, а не кто-то другой? Почему не Кирилл — наши родители отлично спелись, все было бы так гладко.