Яд Горькой Любви

— Ты бешеный, ненормальный! Всегда говоришь то, что думаешь?

— Жизнь слишком коротка чтобы лгать, детка! Я не притворяюсь, а вы все боитесь показаться такими какие вы есть! Я предлагал тебе, ты зассала!

- Я не зассала! У меня мама! У нее слабое сердце!

— Иди! Любила бы, уехали бы!

Глаза девушки наполнились жалкими слезами. Они меня больше раздражали, чем вызывали желание коснуться ее и прижать к себе.

— Я люблю тебя, Тимур! Я правда не могу из-за мамы!

— Я вечером за тобой заеду!

— Ты даже не поцелуешь меня?

— Ты знаешь, не люблю эти телячьи нежности!

В глазах Натэллы мелькнуло отчаяние, но она умела держать себя в руках, зная, как нужно себя вести чтобы быть со мной. Утерев слезы, молча вышла из машины. Я не смотрел ей вслед, ни ждал, когда она зайдет на территорию. Не переживал за нее. Вдавив педаль в пол, резко стартанул с места. По кольцу. В сторону склада, а после уже дома. Музыка, громкая, со смыслом, дорога, сигареты, вот что мне сейчас было нужно. Просто лететь с бешеной скоростью, наплевав на все камеры, гайцов, штрафы и думать о своем. О предстоящей свадьбе с этой… Я не знал, как ее назвать. Погорячился. Она была хороша собой, слишком хороша. Но у меня таких было дохрена, и похуже, и получше. Ничего особенного, выдающегося, только слегка наивный взгляд, за которым пряталось нутро стервы. Жена. В страшном сне не мог представить, что в свои двадцать семь женюсь, еще и на ком попало. Ну что ж дорогая женушка, держись, раз сама этого захотела… Развернувшись на 180 градусов, нарушив все что было можно и нельзя, как, всегда насрав на все, изменил свой маршрут. Старые времена давно прошли и мне ох, как не терпелось познакомиться поближе с будущей женой, прямо сейчас, прямо сию же секунду.

— Что? — словно вышел из оцепенения я, даже не представляя, как могло так все поменяться и теперь мне ближе всех она, а ни та с которой был столько лет.

— Я еще раз желаю тебе счастья!

— Нат скажи, ты ему! — не выдержал Вован.

— Сказать что? — напрягся я.

Внезапно покосился в сторону ресторана и замер. Повсюду мусора, чуть поодаль стоят скорая и… Мне это кажется? Труповозка. Чувствуя, как тревога нарастает с каждой минутой все сильнее, и, как учащается сердцебиение, бросил им что сейчас и вылетел пулей из машины.

— Что произошло? — первым на кого я налетел был Алик.

Становилось дышать все труднее, я словно чувствовал твою мать то, что случилось что-то ужасное… Алик мрачно смотрел на меня.

Он замолчал, а я резко перевел взгляд в сторону. Несли тело, двое крепких ребят в черной форме. Внутри все сжалось. Оттолкнув от себя Алика, бросился к носилкам. В этот момент было сложно передать что я чувствовал. Едва не сбив их с ног, дернул за этот проклятый целлофан.