Яд и мармелад. Жена по неосторожности

Я приехала в столицу, чтоб открыть свой магазин мармелада.Но не ожидала ТАКИХ проблем!Лицензию на торговлю не выдали, посмеялись, а вдобавок ещё деньги украли…Пришлось согласиться на фиктивный брак с таинственным некромантом.Лишь только после заключения сделки я узнала, на ЧТО подписалась!Погодите, я думала, мы не…Постойте, но он ведь…Так мне что, надо будет с ним…О нет!Как же теперь разорвать этот унизительный договор?!

В голосе графа Блэкмора была злость.

Адвокат часто закивал.

– Такой была воля вашего отца.

– Теперь понятно, почему он велел огласить завещание лишь через год после своей смерти, – поморщился Гилберт.

Спокойствие его тона могло обмануть кого угодно, но только не старого адвоката Проктора, который много лет вел дела фамилии Блэкмор.

– Я могу поднять его из могилы. И заставить переписать завещание.

– Тогда оно уже не будет иметь юридической силы, – поежился Проктор. – Есть лишь один вариант. Непреложное условие. И я вам его только что огласил.

Адвокат изо всех сил старался скрыть, как ему неуютно в обществе клиента.

Несмотря на молодой возраст – тридцать три года, граф Гилберт Блэкмор считался самым могущественным некромантом Морбидии за последнее столетие.

Его лицо можно было назвать привлекательным и открытым…

Если бы не черные очки-лорнет, за которыми не было видно глаз.

Проктор видел Гилберта без очков и знал, что прячут темные стекла.

Незрячий взгляд некроманта.

Застывший и холодный, точно лед.

Адвокат в очередной раз мысленно поблагодарил творца, что граф его скрывает.

Перед слепым некромантом заискивали. Его ненавидели и боялись. Шептались, что он расплатился зрением за темный и страшный ритуал, давший ему такие силы.

Как иначе невидящий мог так великолепно ориентироваться в пространстве?

Все знали: Блэкмор на особом счету у правящего Ковена. В самых тяжелых и сложных случаях высокопоставленные чародеи обращались к нему.

Одним мановением руки Гилберт мог вызвать давно умерших созданий прошлого.

И заставить их повиноваться.

Графа не интересовали ни удовольствия, ни богатство. Лучший сумеречный маг страны, он и так был баснословно богат.

Его влекли только отрицательные потоки магии и темные искусства, которые они питали.

А еще его интересовало наследство.

Блэкмор терпеливо ждал оглашения завещания целый год.

Кто бы мог подумать, что старый граф поставит такое странное условие?

– Вы же понимаете, Проктор, что дело не в деньгах моего отца…

Гилберт подался вперед, а старый адвокат, наоборот, назад.

Казалось бы, граф Блэкмор был красавцем, каких поискать. И мог запросто кружить женщинам головы. Своей фигурой с широкими плечами и узкими бедрами так уж точно.