Янтарный след

 – Когда он сможет отправиться в путь?

– Мы постараемся все сделать поскорее, иначе Мидгард погибнет от твоей тоски. – Один усмехнулся. – Сделаем так: ступайте сейчас к Идунн и попросите двенадцать золотых яблок. Потом иди к себе и приготовь меч. А мы с Фрейей останемся здесь и будем плести для Герд пленяющие чары.

– Ин… Ты ведь согласна мне помочь, да, дорогая! – Фрейр обнял меня и прижался горячей щекой к моей щеке.

Обхватив его за плечи, я ощущала, как бьется его сердце. Весь он был воплощенное блаженство, а когда блаженство страдает, что же может его порадовать? Как же я могла отказать? Да я сама села бы на коня с восемью ногами и поехала через огонь, лишь бы он был счастлив.

– Я все для тебя сделаю, – прошептала я, щекоча носом его шею под ухом.

Ощутила, как он вздрогнул: его природа была жива, куда же он от нее денется?

– А я пойду искать Идунн!

Фрейр вскочил на ноги. В воодушевлении надежды его глаза заблестели, как смарагды, лицо приобрело то обольстительное выражение, от которого у любой великанши растает ее ледяное сердце в груди. Можно было не сомневаться – Идунн охотно даст ему не только десять яблок…

– Не говори ей, зачем тебе нужны эти яблоки! – крикнула я ему вслед.

Фрейр и Скирнир ушли, мы с Одином остались вдвоем возле Источника. Я была взволнована немногим менее Фрейра – не только близостью Одина, но и ожиданием.

– Неужели ты правда расскажешь мне о силе рун? – Я недоверчиво вгляделась ему в лицо. – Хоть что-то расскажешь! Но знай – повторять твой путь я не собираюсь!

– Нет, конечно, – он осторожно накрыл мою руку, лежащую у меня на колене, своей. – Я для того и висел девять долгих ночей в ветвях на ветру, чтобы другим не пришлось делать то же самое.

Он приподнял руку и перевернул ее ладонью вверх. На его загрубелой ладони светились черным огнем три незнакомых мне знака.

– Вот они – черные руны волшбы…

Мы долго сидели там вдвоем – я и Один. Солнце и луна кружили у нас над головами, озаряя наши лица то золотым, то серебряным светом, но мы их не замечали. Он рассказал мне, какие имена носят черные руны и какова их сила. Ведьмино зелье – ядовитая сон-трава прорастала сквозь мои волосы белыми и желтыми цветами, и я разрешила Одину сорвать ее. Мы срезали ветку с ясеня и сделали из нее жезл укрощения – вырезали на нем эти руны и оплели его заклинаниями.

С этим жезлом я наконец отправилась обратно к Фрейру, чтобы передать жезл Скирниру и научить нашего посланца заклятьям.

По дороге я мерзла и куталась в мех белых куниц. Во всех мирах снова пошел снег, хоть уже было начало лета, – из-за меня, но мне требовалось время, чтобы согреться. Мои глаза почернели, волосы сделались как лунный свет, и лишь два-три серебристых от пуха, тоже белых бутона ядовитой сон-травы задержались в них.