Янтарный след

Снефрид шагнула вперед, и парящая над источником роса пронзительно-холодным облаком окутала ее лицо. Протянула руку, взяла руку фюльгьи – белую, слегка влажную, мягкую, безвольную, не теплую и не холодную, по ощущениям схожую с лепестком цветка в тени. Потянула на себя, и фюльгья послушно двинулась за ней. Снефрид перетащила ее через белые камни и поставила на зеленую траву возле себя. При этом мельком заметила, что окружена широким кольцом кустиков цветущей сон-травы – белой, голубой, розовой, светло-желтой. Цветки и стебли были покрыты каплями воды, отчего пух под лепестками густо серебрился. Откуда они взялись, ведь когда Хравнхильд и Снефрид сюда пришли, никаких цветов не было?

– Ты пойдешь со мной! – на всякий случай строго сказала Снефрид фюльгье.

Та слегка кивнула, не поднимая глаз. Уже хорошо, если она слышит и слушается. На вид она была как молоденькая, лет пятнадцати, девушка, с очень длинными и густыми светлыми волосами – что обличало ее большую жизненную силу, – с миленьким личиком. Чудно было видеть, что у Свенельда имеется столь женственная часть души, но ведь фюльгья и есть «жена-двойник», которая живет в душе каждого мужчины. Ее молодость и миловидность были добрым знаком, обещавшим владельцу счастье в жизни, и Снефрид порадовалась своему успеху.

– Держи ее крепче! – велела Хравнхильд.

Снефрид снова вцепилась в руку фюльгьи. Туман сомкнулся вокруг них плотной стеной, твердь под ногами растаяла, и Снефрид скользнула куда-то вниз – впрочем, довольно плавно. Две заботы вытеснили страх – не выронить жезл и не потерять фюльгью. Жезл она крепко сжимала в правой руке, а левой обхватила фюльгью за талию и прижала к себе. Так они и летели, ветер бессовестно забирался под подол и сколько хотел там шарил… Стало темнеть. Снефрид снова испугалась было, но заметила среди этой тьмы крупные звезды – будто намолоченное зерно, разбросанное по току.

Под ногами появилось нечто твердое. Покачнувшись, Снефрид обрела равновесие, огляделась и поняла, что стоит на берегу Волхова. С одной стороны блестит вода широкой реки, с другой – чернеют ивы. Луна почти не передвинулась.

Фюльгья была рядом с ней – все в том же виде молоденькой девушки с длинными распущенными волосами.

– Свенельд! – в тревоге окликнула Снефрид.

При этом имени фюльгья резко подняла голову, ресницы ее затрепетали.

– Я здесь! – отозвался знакомый голос, и темная фигура шагнула к ней. – Куда ты пропала?

Не зная, что дальше делать, Снефрид подтолкнула к нему фюльгью. Но та и сама уже услышала родной для нее голос. Глаза ее широко открылись и засияли, на юном лице вспыхнула улыбка.

Раздался возглас – Свенельд ее увидел.

– Вито! – с величайшем изумлении воскликнул он. – Ты как здесь…

Фюльгья уже спешила ему навстречу.