Янтарный след

Да он там уже другую жену завел и о тебе думать забыл!

– Прекрати! – строго сказала Снефрид. – Он меня помнит, раз прислал о себе весть.

– Вот увидишь – забыл! А я буду помнить!

Гости из Свеаланда прожили в Хольмгарде уже дней десять, когда Свенельд наконец вернулся. Когда его лодьи приближались к Хольмгарду, Снефрид стояла в толпе на внутреннем причале (внутри крепостной стены, а был еще внешний причал, не защищенный, за валом южнее). Высадившись, здороваясь с отцом и братом, с прочими мужчинами, Свенельд вдруг заметил ее: его желудевые глаза явственно вспыхнули, и он быстро ей подмигнул. Снефрид сразу заметила, что Свенельд выглядит куда более оживленным, чем при первой встрече, а главное, здоровым и невредимым.

Выяснилось, что, ко всеобщему облечению, никакой битвы не случилось. Узнав, что к Альдейгье приближается Свенельд с войском, Бёдвар выслал людей навстречу и заверил, что немедленно уходит за море, просил дать пару дней на сборы. Дружина у него была меньше, а Свенельд приобрел прочную славу человека победительного, и Бёдвар не хотел испытать его удачу на себе. Свенельд взял с него клятву, что он оставит Альдейгью нетронутой и не засядет на ближайших островах, подстерегать идущих в Альдейгью торговцев, а уберется к себе домой в Данию. Бёдвар и впрямь ушел через несколько дней, но Свенельду пришлось провести в Альдейгье еще какое-то время, улаживая разные последствия его пребывания. А Снефрид мысленно отметила: то, что одна слава Свенельда изгнала викингов из Альдейгьи, уже есть следствие его возвращенной удачи. Не вернись его фюльгья – произошла бы битва, и он бы погиб; фюльгья вернулась – и битвы не было. Сами боги свели его со Снефрид в тот день, который грозил стать для него последним!

Все ликовали, что неприятное следствие сарацинского похода избыли мирно, Олав даже устроил пир по этому случаю и посадил Свенельда на самое почетное место. Снефрид – она уже переселилась из гостевого дома к Сванхейд, вместе с Мьёлль и Лунаном, – не подходила к нему близко, но видела, что он часто посматривает на нее. Надо думать, жена рассказала ему о своей беременности, а заодно о том, как Снефрид предсказала им прекрасного сына, и этом тоже объясняется его веселый вид.

Еще через несколько дней Снефрид пришлось поплакать: ее спутники собрались в обратный путь. Она обняла их всех – Асварда, Кетиля, Хлёдвира, Лейви.

– Так не хочется тебя здесь оставлять! – Кетиль сам почти прослезился. – Может, поедешь с нами обратно? Ты нам стала как дочь! То есть нам с Асвардом. А кое-кому… – Он покосился на Хлёдвира.

– Может, передумаешь? – в десятый раз спросил Хлёдвир, необычайно мрачный.

– Нет, я не могу. – У Снефрид щемило сердце, но она оставалась непреклонной. – Ты и без меня будешь счастлив.