Янтарный след

Не думаю, что есть смысл в попытках отождествить разные образы через сюжетное сходство: в фольклоре одни и те же сюжеты могли привязываться к разным перонажам, и это не значит, что Гулльвейг, Ангрбода, Аурбода, Хюррокин (и Фрейя заодно) – один и тот же персонаж под разными именами, если о них рассказывали в чем-то схожие истории. В каждой отдельной историри персонаж нес свой смысл, но эти смыслы порой пересекались, поскольку брались из одной и той же системы представлений. И в древности одни идеи, образы и сюжеты забывались, другие развивались, сливались, расходились… Современный писатель, отбирающий нужное ему, фактически продолжает древнейшую традицию.

Знали ли древние люди всю эту философию? Да по-разному, наверное. Кто-то догадывался, что не все так просто, а кто-то видел в богах такую же патриархальную общину, с отцами и детьми, мужьями и женами, ссорами братьев и так далее, в какой жил сам. Не претендуя, разумеется, на полноту описания безграничных тем, я взяла богов как персонажей, работающих в сюжетах, но попыталась извлечь из этих сюжетов новые смыслы. Как и в случае с летописями, не было никакого интереса пересказывать своими словами то, что уже было написано тысячу лет назад и широко известно. Я постаралась сосредоточить каждую историю вокруг того смысла, какой мне в ней видится, и выстроить их вокруг главного драматического стержня: «борьбы характеров» между Одином и Фрейей, вечной погони разума за тайной жизни и любви.

Один – фигура космического масштаба, ни в какой роман нельзя уложить все содержание этого образа. С одной стороны, Один участвовал в создании мира, поэтому должен быть главным с самого начала. (Куда после сотворения мира делись два его брата – Вили и Ве, возможно, они же Хёнир и Лодур – и чем заняты, так и осталось неизвестным.) А с другой, у науки есть данные, что изначально главным небесным богом был не Один, а Тюр. Где-то уверенно главенствовал Фрейр или Тор. Напрашивается мысль об эволюции божества – его сил или хотя бы его образа в глазах людей. Один – бог космический, но не небесный, а значит, высший престол мог занять только в ходе некой борьбы. Понаблюдать за этой борьбой было интересно.

То же самое можно сказать о Фрейе, ближайшей претендентке на роль Великой Богини как таковой. Исследователи чуть ли не десяток других богинь причисляют к ее ипостасям (от Фригг до норны Урд), она фактически равна Одину, а по части сейда-шаманизма изначально его превосходила. Многие считают, что Фрейя и Фригг – одно и то же. Между ними слишком много общего (вплоть до соколиного оперенья, которое записано в гардероб и той, и другой), чтобы их посчитать совершенно разными образами, но и слишком много различного, чтобы счесть за одну.