Японская война 1904. Книга четвертая

Да и нейтралов вроде Франции или Германии они вряд ли станут обыскивать.

— Вы хотите поднять чужой флаг? Это не поможет, японцы знают все суда, что тут могут ходить: любое новое вызовет вопросы.

— И поэтому мы могли бы захватить настоящие. В порту Пекина, говорят, много чего есть… Причем даже японские корабли, и если действовать быстро и обрезать связь, то мы всех очень и очень удивим.

— Это будет скандал. Европейские и американские газеты от нас камня на камне не оставят…

— Как будто сейчас они готовы писать правду о войне.

— Но… нам могут выставить ультиматум.

— Если честно, мне кажется, что нам его и так выставят, когда мы уж слишком прижмем японцев. Помните, как в 1878-ом под Константинополем?..

— Помню, — Линевич зло сжал зубы. — И тогда в ваших словах, возможно, что-то и есть. Слушать чужие ультиматумы с войсками у вражеской столицы и без них — это две совершенно разные ситуации.

— Две большие разницы, как говорят в Одессе.

— Грубовато звучит, но смешно… И много сил вы бы хотели так перекинуть?

— Меня бы устроил полк. Тогда бы мы имели возможность замахнуться на совершенно любую цель — от доков, где японцы чинят свои броненосцы, до императорского дворца.

— Без подвоза припасов? Без путей отступления?

— Вот видите, поэтому, в том числе, все это пока не больше, чем идея.

— Понимаю. Я бы… — Линевич задумался. — Буду честен, я бы не хотел за такое оправдываться, но я бы не отказался прочитать про такое уже в русских газетах.

А вот и главный итог разговора. Мне ведь не столько было интересно поделиться одним из самых безумных своих планов, сколько понять… На какую поддержку со стороны главнокомандующего 2-й Сибирский может рассчитывать. И Петр Николаевич вполне четко указал границы.

— Тогда… — начал было я, но Линевич махнул рукой и остановил меня.

— Знаете, Вячеслав Григорьевич, я тут еще подумал… А газеты-то у нас выходят довольно редко, да и пишут там даже в наших, даже о самых славных делах такую дрянь, что… Я, пожалуй, не откажусь взглянуть на что-то подобное и из первых рядов. Естественно, когда вы продумаете уже все детали.

— Спасибо, — я невольно сглотнул.

— И еще… Пусть я не помню лично этого Икуана, но я знаю, как китайцы ведут свои дела… Скажем так, многие вопросы проще решить лично, один на один. Поэтому раз уж мы договорились, что доверяем друг другу, то не будем зря тратить мое время.

Еще более неожиданно. Кажется, то, что именно ему нужно было знать про китайцев, Линевич все-таки знал и использовал.

— Я вас оставлю, но… Я буду рассчитывать, что вы решите все проблемы между русской армией и императрицей Цы Си, а потом… Расскажете мне итоги хотя бы в общих чертах.

— Договорились, — кивнул я и крепко сжал протянутую мне руку. Сухую, морщинистую, но еще крепкую и полную сил.