Игра не для слабых: Дорога на юг

Часть их бойцов спешилась, похватала топорики и принялась рубить закрывшиеся дверцы фургонов. Замелькали и факелы. Некоторые повозки просто поджигали, вместе с теми, кто ещё оборонялся внутри. Пленных эти уроды и правда брать не планировали.

Я ещё раз натянул тетиву. Наложил стрелу. Вскинул арбалет. Выстрелил. Болт угодил в небольшой круглый щит одного

Остальные продолжали набиваться внутрь, поливая нас стрелами. Одним из них был тот самый хер в красном плюмаже. Он въехал вслед за авангардом своих сил в сопровождении двух бойцов в толстых, поблёскивающих медными кольцами кольчугах. Вальяжно, не обращая внимание на свистящие болты и стрелы направился к своим, собираясь скомандовать последнюю атаку. Сейчас кони рванутся вперёд, одним решительным натиском размажут защитников по повозкам и всё будет кончено.

Но в воздухе вдруг что-то переменилось. Будто бы кто-то невидимый дёрнул за ниточки, одним рывком перевернув ситуацию на поле боя. В воздухе разлилась сила. Она волнами шла от тех самых трёх фургонов, в которых прятались маги и прислуга. И, похоже, её почувствовали все. Наши ребята замерли, подняв щиты и затравленно озираясь по сторонам. Алерайцы, уже было рванувшиеся вперёд, тоже застыли. Несколько мгновений над полем боя царила напряженная тишина, нарушаемая лишь стонами раненых.

А затем послышались отчаянные крики и яростная ругань на чужом языке. Копыта коней и ноги спешившихся солдат как будто приклеились к земле. Приклеились и начали медленно погружаться в сухую, каменистую почву степи. Крики сменились воплями. Послышался влажный хруст ломающихся костей. Животные взбесились, рванулись прочь. Половине уадось вырваться, но больше дюжины Алерайцев оказались в плену.

Всё прекратилось так же внезапно, как и началось. Кони врага завязли в земле по колено. Те, кто успел спешится — почти по пояс. Остальные… Их было слишком мало, чтобы дать серьёзный отпор. Двери возов открылись и прятавшиеся там бойцы посыпали наружу, беря остатки сил противника в окружение.

Алерайцы не сопротивлялись. Один за другим они начали бросать оружие на землю сдаваясь на нашу милость. Впрочем… после того, что мы увидели в деревне, вряд ли они могли на неё рассчитывать.

— Добивайте только тяжелораненных! — рявкнул я, выпуская из рук арбалет и тяжело опираясь на стенку фургона, — Остальных обыскать и связать.

— Ты собрался брать пленных? — спросил барон, подходя ко мне. Ему тоже досталось. Через щёку тянулась глубокая, всё ещё сочащаяся кровью ссадина. Правая нога слегка прихрамывала, а левая рука безжизненной плетью висела вдоль тела, — На кой они нам.

— Пленных? Нет, не собрался, — ухмыльнулся я, — Эйнар, сколько мы там уродов захватили.