Лягушачий король

Обаял бы тетку за милую душу. А нам, людям без харизмы, что прикажете делать? Вранье, шантаж, угрозы и подкуп – вот наш путь».

– Приятно слышать от руководства в свой адрес такие слова, – смягчилась Ирина Михайловна. – Хотя я предпочла бы узнать об этом лично. Но это не к вам претензия, боже упаси. Богун, Богун… – Она задумалась. – Помню его. Мне, в общем-то, сказать о нем нечего…

Разочарование на лице Бабкина было таким выразительным, что она засмеялась.

– Слушайте, ну какая может быть личная характеристика от врача, который проводит медосмотр? Он за мной не ухлестывал.

Вел себя прилично. Не матерился. Что еще? Не курил… Хотя постойте-ка, Богун как раз курил, и помногу.

Бабкин отметил про себя, что о курении Григория слышит впервые.

– …предупреждала его, что нужно завязывать, – продолжала Ирина Михайловна. – У нас два сотрудника на предрейсовых осмотрах, я и Голикова, она медработник со средним образованием, но прошла специальное обучение… У «Агро-света», собственно, и лицензия есть своя, а то ведь многие, знаете, просто заключают договор с медицинским учреждением на обслуживание. Это совершенно другой уровень! Неизвестно, какого специалиста пришлют.

А самое главное, они же меняются постоянно! Мы-то своих водителей видим, знаем, на что обратить внимание, у кого какие слабые места… А когда у клиники такая текучка кадров, что новый терапевт каждые полгода, – ну помилуйте, о каком знании пациентов тут можно говорить?

Бабкин понял очень немногое из сказанного, но послушно кивал. Свидетеля, начавшего говорить, легче вывести на искомую тему, чем свидетеля молчащего.

– …так я о чем? – нахмурилась Ирина Михайловна. – А! Предрейсовый осмотр.

Я как раз была в отпуске, и когда вернулась, Света сказала, что отправляла Богуна на флюорографию. Все из-за курения.

– Света – это Голикова?

– Да. Она сейчас в декрете. Но вам, наверное, нет разницы, курит водитель или нет…

– Нам все важно, – не покривив душой, заверил Бабкин. – Любая деталь может оказаться очень полезной.

– Например? – заинтересовалась врач.

– Например, слабый мочевой пузырь. Кажется, ерунда, а на самом деле мы отсеиваем таких сотрудников. Потому что если ему раз в два часа, извините, приспичило, у него внимание рассеивается, концентрация падает.

И в телохранители, кстати, подобные субъекты не годятся. Что еще… – Он задумался. – Ну, вот если бы вы сказали, что Богун при вас матерился, вход к нам ему был бы закрыт.

– Ваше начальство таких строгих правил? – усмехнулась врач.

– Начальству моему все равно, – махнул рукой Бабкин. – А вот я бы такого сотрудника не допустил. Если он при женщине, да к тому же проводящей осмотр, не может или не считает нужным сдерживаться, это говорит о слабом самоконтроле.