Имперская мозаика (трилогия)
— И вот тогда и начинается недетская возня в Вольном, к которой подключатся и обиженные свободные. Впрочем, фантазировать можно бесконечно. Одного не пойму: где тут мы?
— Как раз и дошли до сделки. — Дикаев хлопнул ладонями по подлокотникам. — Итак. Со своей стороны, я, во-первых, уже освободил вас. Во-вторых, доставлю в целости и сохранности вместе с вашей группой в пределы Империи. Этого мало?
— Немало, — согласился Майкл. — Какова наша часть?
— Пустяк. Вы практически не будете делать ничего, помимо своей работы. Я хочу получить ответ на один-единственный вопрос: кто виноват во всей этой кутерьме?
— На это потребуется время.
— А я теперь никуда не спешу. Мертвым не пристало спешить. Мне важно не остаться в долгу. — Пират сжал кулаки.
— Мы согласны. — Стингрей аккуратно затушил окурок сигары. — Что вы будете делать все это время? Я мог бы предложить вам пока полную легализацию под другим именем и работу, скажем, консультанта по вопросам Вольного Мира.
— Спасибо за предложение. Но у меня много дел. Погиб мой флот.
Корабль класса «Волна» сбрасывал десант не единой массой, как обычно делалось в боевых условиях, а крупными партиями — в соответствии с тем, сколько единиц личного состава могли принять законсервированные до сей поры базы, разбросанные по всей планете.
Пехотинцам оставалось убивать время, повторяя идиотскую фразу: солдат спит, служба идет. На самом деле редко кто действительно любит состояние вынужденного бездействия. И если первые день-два еще можно отсыпаться, отлеживаться, отъедаться после боевых действий, то вторая неделя уже напоминает заключение.












