Имперская мозаика (трилогия)

Главное то, что при том уровне развития, который имеют хозяева планеты, мы можем совершенно безопасно провести исследовательскую экспедицию на поверхности.

— Вы спятили? — Челтон не ожидал столь оперативного решения. — Это не слишком хороший вариант. Я должен подумать, но мой предварительный ответ — нет.

Погода держалась отличная. Неуклюжее пузатое судно весело рассекало волны крутым носом. Оно принадлежало к роду вместительных торговых кораблей-тружеников, которые быстро и недорого строили улюки. Вот и сейчас весь экипаж состоял из высоких и худых представителей этого красивого народа.

Да и трюмы, как и положено торговцу, были под завязку забиты товарами. Семена различных растений, пряности, изделия умелых мастеров — обилию разномастных товаров позавидовал бы и небольшой рынок. Команда привычно занималась своими обыденными делами. Добрый попутный ветер да умеренная волна — что еще надо морскому путнику, чтобы чувствовать себя спокойно.

Недружелюбный порт с арбалетчиками остался позади, а преследования по морю не было. На носу, бросая мимолетные взгляды на линию горизонта, стояли, тихо беседуя, молодая статная девушка и седой как лунь старик.

— Он необычайно силен, — старик покосился на дверь, ведущую в их каюту, где лежал сейчас раненый токе, — раны ужасны, но если мы окажем помощь, то он выкарабкается. Это несомненно. Но что потом?

— Он помог нам или даже спас нас, — девушка сделала жест, приглашающий вернуться в каюту, — только это уже обязывает нас ответить ему взаимностью. Нельзя оставить его без помощи сейчас. Наше промедление станет его приговором.

— Я знаю это. Но ты достаточно ему отплатим уже только тем, что вылечим.

И как только он будет способен самостоятельно ходить, мы сможем с чистой совестью высадить его в каком-нибудь мирном порту.

— Хорошо. Пусть будет так. — Юная улючка согласно кивнула. — Мы высадим его в ближайшем порту, как только он встанет на ноги… А сейчас помоги ему.

Старик вернулся в каюту, где на расстеленных на полу циновках распластался ужасный токе в залитых кровью лохмотьях. Рядом, ожидая решения хозяев, стояли корабельный лекарь и матрос.

— Ну что ж. — Старик нахмурился, вспомнив то безумие жестокого боя, свидетелями которого совсем недавно они стали в портовой корчме.

 — Во имя Светлой Матери всех живущих и супруги Всемогущего Владыки Мира начнем. Мы вернем свой долг, спася ему жизнь.

Матрос торопливо пододвинул к распростертому телу деревянные кадки с водой и тряпье. Вместе с лекарем они ножами раскроили лохмотья, аккуратно, но быстро освобождая токса от всей одежды. Затем так же споро, используя тряпье, грубое мыло и воду, они отмыли раненого гиганта от грязи и запекшейся крови. Толстые арбалетные древки все еще торчали из ран.