Имперская мозаика (трилогия)

 — Токе понял, что это игра, а игру нельзя воспринимать слишком серьезно, так же как и нельзя бояться показаться в игре смешным. — Я попробую.

Уже выходя на свободный участок палубы, туда, где ждал его старец, токе вновь почувствовал себя глупо. Он смотрел сверху вниз на этого высушенного временем старика, ощущал тяжесть и мощь своих налитых дикой силой мускулов и не мог даже представить, как будет сейчас бороться. Остановившись и чувствуя на себе взгляды всей команды, а главное, юной улючки, он не мог заставить себя начать действовать.

— Не волнуйся, я не рассыплюсь.

 — Старик все так же спокойно и добро улыбался. — Просто нападай, как ты это делал в портовой таверне.

Решившись, токе шагнул вперед, выбрасывая кулак. Он не бил, а лишь имитировал, откровенно давая старому улюку шанс. Старец не предпринял никаких действий, лишь посторонился от руки токса.

— Если ты не приложишь силу, я тоже не смогу ничего сделать, — покачал улюк головой. — Наши предки создавали эту систему для противодействия нападающим. Противодействия адекватного. Но если ты не будешь действительно нападать, самым логичным будет и не защищаться.

Токе еще раз окинул взглядом притихшую в ожидании команду, покосился на расслабленно стоящего с мудрой улыбкой старца и вперил свой взор в юную улючку. Она все так же усмехалась, не озвучивая своей насмешки. Но шкодливые искорки в ее глазах говорили лучше всяких слов. И тогда токе ударил. Он не начал бой, превращаясь в хищного зверя, но ударил почти по-настоящему, сознавая, что если старик не успеет, то травм ему не избежать. Но старик успел. Токе изумленно почувствовал, как проваливается в тягучее движение старца, увлекаемый его мягким, но плотным захватом.

Его собственный удар, неуловимо скорректированный улюком, потащил своей энергией и само тело, не найдя точки приложения. Направление движения изменилось, позволяя силе тяжести взять верх, и огромный токе, беспомощно мотнув ногами в воздухе, всем своим весом грохнулся о палубный настил. Пару мгновений он позволил себе поваляться, глядя в ясное небо с легкими клочками редких облачков и пытаясь понять череду с ним произошедшего. Затем легко, словно сам был слеплен из клочков облака, взлетел на ноги и принял стойку, уже близкую к боевой. Вокруг все молчали, зачарованно наблюдая. Даже насмешка в глазах девушки сменилась детским восторгом от интересной игры. Во второй раз токе ударил коротко, не готовясь и не выдавая цели ни взглядом, ни жестом. Старый улюк, словно бесплотный дух, бросился навстречу удару, за миг уходя в сторону и дальше, почти за спину токсу. При этом он вновь поймал кисть нападающего в мягкие тиски своих ладоней, закручиваясь при этом всем телом по направлению удара.