Имперская мозаика (трилогия)

На данный момент, как бы мы этому ни противились, мы практически имеем почти четыре автономных и довольно агрессивных друг к другу государства — сама Империя, Гранис, Трион и Вольный Мир. Размеры Свободных таковы, что ими можно пренебречь. Все скверно, господа. И если с Гранисом все более-менее ясно, то в общении с Трионом предсказать что-либо невозможно. Они ведут постоянные пиратские действия, занимаются созданием и клонированием новых организмов. Кроме того, боевая и техническая мощь Триона на данный момент такова, что создает реальную угрозу еще не существованию, но уже интересам Империи.

Особенно если учесть все же ожидание войны с Гранисом. По неофициальным каналам к нам обратились некоторые представители Вольного Мира. Они сейчас являются первой потенциальной целью для Триона. И взывают о помощи. Ни для кого из вас не секрет, что у нас есть большие экономические интересы в Вольном Мире. Поэтому наверху принято решение предпринять очередную попытку разрубить узел этого региона. Из вашего доклада, капитан, следует, что огромнейшее, а возможно, и единственное значение в этой проблеме имеют личностные качества Халила Амата Бергштайна!

— Так точно, сэр! Мы абсолютно уверены, что Бергштайн — тот стержень, на котором и держится вся проблема региона.

— То есть в этом вопросе уместно сказать: нет человека, нет проблемы?

— Понятно. Именно ваше заключение и легло в основу решения руководства. Решено сделать попытку ликвидировать Бергштайна. Я хочу поручить эту работу вам, лейтенант Фь Илъюк. Я слышал, что рассматривается вопрос о вашем переводе в ЛСБИ. Не подумайте, что это сыграло роль при выборе агента. Я не хочу сберечь тех, кто наверняка останется.

Я просто надеюсь, что вы сумеете выполнить поставленную задачу и перейти на новое место с почестями и наградами.

— Я готов, сэр. — Тот, к кому сейчас обращались, был крупным гурянином с черной, как уголь, кожей.

— Я и не ожидал ничего иного от вас. Но все равно рад это слышать.

— Единственное, что хотелось бы уточнить, сэр, так это статус моей миссии. — Гурянин немного замялся, но потом все же продолжил: — В последнее время было немало случаев изначально неверной оценки сложности поставленной задачи.

— Вы говорите о провале операции на Атмелькане несколько лет назад? — Фош нахмурился, вспомнив, как сам отправлял на задание группу капитана Софтли.

Имея ошибочные сведения, все рассчитывали на не слишком сложную «полицейскую» акцию. А получили полноценную бойню, в огне которой сгорела вся группа во главе с готовящимся уйти на заслуженный отдых Гуннаром Софтли. Для него эта акция должна была стать «дембельским аккордом». И именно Фош лично «благословил» его на это дело.

— В том числе, сэр. А еще про мою миссию на первом мониторе.