Сержант, а что, можно ли по вашим каналам выйти на нужных мне людей из Вольного Мира или Триона? Или надо искать через своих?
— А мы и есть свои, сэр, — сержант ухмыльнулся. — Из Вольного Мира можно без особых проблем. Мы постоянно ведем работу с местным населением сопредельной территории. А вот с Трионом посложнее будет. Хотя, уверен, тоже решаемый вопрос.
— Вот и попробуйте. Мне нужен выход на кого-нибудь близко приближенного к командорам из Союза пяти. Или, что еще лучше, на одного из самих этих командоров. Хорошо, если это будет тот из них, у кого больше спорных вопросов с нынешним правительством.
По нашим данным, на эту роль лучше других сгодился бы командор Инь Огыюк. Если не он, то тогда, может быть, командор Торн.
— Это возможно, хоть и будет нелегко. Как быстро я должен это сделать и на какую финансовую поддержку этих контактов могу рассчитывать?
— Я уже сказал однажды и теперь повторю, — гурянину все больше нравился этот понятливый и деловитый сержант, — у нас достаточно и времени, и средств.
Путники с большим запозданием покинули приветливый постоялый двор, когда уже перевалило за полдень.
Вокруг было прохладно и ветрено, и улюки ехали, кутаясь в дорожные покрывала-накидки. Теперь места в седлах хватало всем. Хозяин постоялого двора по собственной воле одолжил им четырех своих анов. Животные были сильной, но смирной породы тягловых. Однако знали и седло. Вот и сейчас трое из них везли по два всадника, а на одном уместился последний, десятый улюк из команды корабля. Правда, загнать улюков в седла оказалось не так-то просто. Но, как они ни сопротивлялись, токе заставил их забраться на седельные ковры. Улюки даже готовы были рисковать, добираясь до конечной цели морями, лишь бы не ехать на этих огромных животных.
Но разведанного водного пути из Акара в Кантеру не было. И море, на котором стоял Чар, было другим. Да и направлялись сейчас путники вовсе не в Чар… Хозяин постоялого двора еще не закончил рассказ о путях в Кантеру, а Саган уже решил рискнуть: пойти короткой сухопутной дорогой. Сейчас токе уверенно вел маленький отряд, руководствуясь грубой старой картой, которую подарил ему хлебосольный улюк. Сам того не замечая, воин старался все время держаться рядом с Тось, слушая ее нежный голос и любуясь тонкой фигуркой, облаченной в легкую женскую кольчугу.
Эту изящную кольчугу подарил девушке перед расставанием все тот же хозяин постоялого двора, отыскав ее в одном из своих огромных сундуков. Саган старательно поддерживал беседу с юной улючкой на разные темы, удивляясь тому уровню образования, который она выказывала. Ему, воспитаннику Ордена Квадрата, скрепя сердце пришлось признать, что девушка владеет знаниями более обширными и глубокими, чем он.
