Индульгенция 1. Без права выбора
Стужев мелко трясся, молился и, кажется, даже собрался помереть вот прям тут и сейчас.
Я тоже немного трясся, но помирать пока не собирался. Вроде они разговаривают вполне себе дружелюбно. Вон, даже другие монстры всякие от нас отошли на порядочное расстояние и усиленно делают вид, что их тут нет.
— А я и не вернулась. Так — мимо проходила.
— Ты с этим? — он посмотрел на меня так, что мне захотелось завизжать, как девочка, которую в переулке зажали трое мужиков.
— Я с ним. Он со мной. Что еще спросишь?
— Ты же понимаешь, что после того, как ты сбежала, я не могу тебя отпустить просто так.
— Кто сказал, что я сбежала⁈ — образ красивой величественной женщины сменился на ее боевую форму. Только в еще более пугающем виде. Ну, и росте тоже. На миг мне показалось… Я украдкой пощупал штаны — фух, все же показалось! Но жуть жуткая, ага.
— А как еще объяснить твое внезапное исчезновение, практически сразу после того, как я предложил тебе войти в мой ближний круг? Знаешь, какие после этого разговоры пошли?
— Я свободный дух и имею право откликнуться на призыв. Это закон Нави!!!
— С этим я спорить не буду, — Кощей был на удивление спокоен.
— ТЫ МНЕ НЕ ХОЗЯИН, ЧТОБЫ МЕНЯ ОТПУСКАТЬ!!! — загрохотала она. — Ты лишь жалкая проекция Чернобога, а не он сам. Но даже он не смеет мне приказывать.
— И тем не менее, тебе придется подчиниться. Этот… — Кощей посмотрел на дрожащего Стужева, -пойдет дорогой Теней, через пещеру Зла и озеро Боли. Пройдет — значит, и дальше все его договоренности с Мором будут действовать. Нет — я лишу их права ходить через Навь.
— А ты, — его холодный взгляд перешел на меня. — Интересный. Слышал о тебе. Сила Переруга, печать Сварога. Условия те же — пройдешь через реку Смородину, на Калиновом мосту сразишься со змеем и поднимешься на Кудыкину гору. Там будет проход в мир живых. Справишься — будешь ходить тут сколько нужно, и ни одна тварь даже не посмотрит в твою сторону. Нет — останешься здесь навечно.
— Ты не смеешь трогать смертного, отмеченного печатью Сварога, -зашипела Навка.
— Могу и смею. Тут мой мир и мои законы.
Что же касается тебя — победишь и будешь свободной. Больше ни я, ни кто-либо другой не посмеют влиять на тебя. Проиграешь — добровольно войдешь в мой ближний круг и будешь верно служить, пока я сам не отпущу тебя. Откажешься — и эти смертные тотчас умрут. Живым не место в мире мертвых.

















