Индульгенция 1. Без права выбора

С грустью посмотрев наверх, я тяжело вздохнул, помечтал о чашечке кофе, хлебнул зелья из бутылки змея и пошел наверх по едва заметной тропинке, надеясь, что не поскользнусь и не рухну. Потому как падать будет очень больно…

Глава рода сидел в своем кабинете и задумчиво вертел в руке ручку, являющуюся по совместительству еще и сильным защитным артефактом льда. Иногда он кидал взгляд на стенограмму его разговора с Раздоровым. Вроде бы и немного было сказано, но важных моментов хватало.

Его внук, сын Ольги, нелюбимой дочери. Своевольной, плюющей на мнение главы, всегда делавшей все по-своему.

Убитой или пропавшей без вести. Да, косвенные доказательства ее смерти были, но он в это не верил. Не почувствовал он ее смерти. И это заставляло его злиться. Мысль о том, что посягнувшие на древнюю кровь остались безнаказанными, иногда доводила его до бешенства. И несмотря на то, что он ее не любил, любой покусившийся на неё должен страдать.

Она давно ушла из их поместья и его сердца. И вот теперь решила вернуться в виде своего сына — такого же нелюбимого и даже презираемого. Он был наслышан о своем внуке, и ничего хорошего про него не говорили.

Откровенно говоря, он его и не признавал за своего, если бы не одно «но»: кровь Моровых в нем, по слухам, была очень сильна.

Так что звонок Раздорова пришелся более чем кстати — он давно хотел посмотреть на внука лично и принять решение, стоит ли с ним вообще возиться и рассчитывать на него. Моровым давно пора закрепиться в столице — севера им уже мало. Так почему бы это не сделать через юнца, на которого можно будет без особых усилий влиять?

Правда, надо бы проследить, чтобы детки не сильно прессовали нового родственничка. Нет, трепка тому пойдет на пользу, но чтобы без перегибов.

Он должен бояться и уважать, а не показывать зубы. Ломать волю они умели лучше всего, а такому слизняку и подавно легко можно будет внушить то, что надо. Да, пожалуй, он не будет их слишком сдерживать. Внукам тоже надо выпускать пар, а этот подойдет идеально. Позорище. Это же надо — бежать, вместо того, чтобы сражаться за свою жизнь!..

— Ваше Темнейшество! — вбежал без стука в кабинет личный слуга. В иное время он бы сразу превратился в глыбу льда, но сейчас старик был слишком отвлечен на другие мысли…

— Там… Там портал открылся! Из Нави!!!

— И что? — его бровь чуть дернулась.

— Это является поводом, чтобы вот так врываться ко мне? Стужев вернулся?

— Но это не наш, привычный портал смерти! Он больше, насыщеннее, сильней. Как бы не прорыв!

— Поднять гвардию по тревоге. Всех магов к порталу, окружить его защитной вязью. Я сейчас буду.

Выскочив на улицу и даже не став отвлекаться на то, чтобы расправиться со слугой, что так бесцеремонно отвлек его от мыслей, он сразу убедился в том, что тревога поднята не зря.