Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5
Глаза, широко открытые, метались от одного безликого шлема к другому в поисках знакомых черт, хоть какого-то намека на лояльность. Но они были напрасны.
Из окружившего нас строя шагнул вперед один. Его доспехи были чуть сложнее, на плече красовался серебряный эполет в виде стилизованной лилии. Он снял шлем. Под ним оказалось лицо мужчины лет сорока. Холодное. Жесткое. Со шрамом через бровь и глазами цвета промозглого норманнского моря. Капитан Рено. Вивиан рассказывала мне про него — начальник охраны поместий Лорренов. Верный пес. Теперь его взгляд, направленный на девушку, был лишен даже тени уважения.
— Герцогиня Вивиан де Лоррен, — его голос был ровным, гулким, как удар колокола по мерзлому металлу. — И неизвестный спутник. По приказу Его Императорского Величества Отто Четвертого, подкрепленного вердиктом Тайного Консилиума, вы объявляетесь персоной вне закона. Так же обвиняетесь в государственной измене, в мятеже и принесении в жертву личного состава экспедиции «Гамма» ради обретения запретной власти над Пустошью.
Слова падали, как камни, в оглушительную тишину.
— Рено! — голос Вивиан дрогнул, но она выпрямилась во весь рост, пытаясь вернуть себе достоинство. — Это чудовищная ошибка! Или подлость! Кто осмелился?..
— Доказательства представлены Консилиуму, герцогиня, — перебил ее капитан. Его лицо не дрогнуло. — Неопровержимые. Переписка с тайными культами светлых, найденная в ваших личных покоях.
Свидетельства выживших? Какие выжившие? Мы нашли только трупы! Переписка? Явно подделка!!! Я не мог в это поверить!!! Это была хитроумная ловушка.
Вивиан стояла, как громом пораженная. Все краски сбежали с ее лица, оставив лишь мертвенную бледность. Ее губы были плотно сжаты, но в глазах бушевал ураган — негодование, ужас, горечь предательства. Она смотрела не на Рено. Она смотрела на своих людей.

















