Инферно Габриеля

Уделите мне минутку вашего времени, — попросил Пол.

— Не сейчас. Завтра.

— Завтра, мистер Норрис. И нечего настаивать.

— Конечно. Извините, — промямлил Пол, явно тревожась за Джулию.

Профессор Эмерсон дождался, пока его настырный лаборант скроется за углом, и только тогда отошел в сторону, пропуская Джулию. Едва она вошла, он тут же закрыл дверь, а сам прошествовал к окну.

«Оставь надежду, всяк сюда входящий».

Жалюзи в профессорском кабинете были опущены. Кабинет освещался только настольной лампой. Отойдя от своей строптивой аспирантки на максимальное расстояние, профессор сосредоточенно тер глаза.

Его пальцы были пятнистыми от чернил.

Джулия крепко прижимала к себе рюкзак, превратив его в щит. Профессор молчал. Она стала оглядываться по сторонам, ища глазами жесткий стул, на котором ей придется сидеть, как тогда, в сентябре. К ее удивлению, стул самым варварским способом был сломан. На персидском ковре валялись его обломки.

Джулия глядела то на обломки стула, то на профессора.

«Надо же, стул сломал. Металлический».

Габриель смотрел на нее, и в глубине его синих глаз она ясно видела странное и опасное спокойствие.

Дракон был у себя в логове, а Джулия явилась к нему безоружной, если не считать рюкзака.

— Любую другую аспирантку я сегодня же выгнал бы со своего потока.

Услышав его голос, Джулия вздрогнула. Как и глаза, голос был спокойным и даже мягким, будто шелк, прикасающийся к коже. Зато в паузах между словами ощущалось ледяное дыхание и скрежетала сталь.

— Я впервые вижу, чтобы взрослый человек столь вызывающе демонстрировал свое инфантильное поведение. Это называется «подростковое хамство», терпеть которое я впредь не намерен.

Я уж не говорю о чудовищной лжи, навороченной вами вокруг имени Полины. Больше никогда не смейте так о ней говорить. Я понятно выразился?

Джулия молчала, глотая слюну.

— Повторяю вопрос: я понятно выразился?

— Мое самообладание небеспредельно, и я очень не советую вам испытывать его на прочность. И еще. Если вам угодно и дальше воевать со мной, извольте вести войну самостоятельно, не втягивая в нее Пола. У него хватает своих проблем.

Джулия рассматривала узоры на ковре, не решаясь поднять голову.

Профессорские глаза, как настоящие лазеры, жгли ей затылок.

— Мне думается, вам хотелось, чтобы я вышел из себя. Вы ждали, когда же я потеряю контроль над собой, начну орать и топать ногами. Тогда бы у вас были все основания вскочить и убежать. Иными словами, вам хотелось, чтобы я повел себя как агрессивный самец из низкопробного триллера. Должен вас разочаровать: я отличаюсь от агрессивных самцов, и такого поведения вы от меня не дождетесь.