Инферно Габриеля

«Зачем он снял фотографии? И когда?»

Джулия обрадовалась, что фотографий больше нет. При свечах они смотрелись бы еще чувственнее, обнажая всю темную силу зова плоти и показывая Джулии, что и ее скоро ждет такая же судьба. Нагая, безымянная, безликая, лишенная души. Джулия лишь надеялась, что в первый раз у них не будет так, как у пары на шестом снимке.

Неужели этого он и хотел? Неужели этого добивался? Сорвать с нее одежду, перевернуть на живот, навалиться на нее сзади… даже не заглянув ей в глаза. Неужели, забирая ее девственность, он даже не поцелует ее? Что ее ждет? Агрессия прорвавшейся похоти? Вечное мужское желание подчинить женщину себе? Не считая исчезнувших фотографий, Джулия ничего не знала о сексуальных пристрастиях Габриеля.

Но ведь он сам с предельной откровенностью обрисовал ей свои отношения с женщинами, сказав, что трахается с ними. Не спит, не вступает в интимные отношения, а попросту трахается.

Джулия была на грани паники. Она судорожно хватала ртом воздух. В мозг ввинтился гнусный голос, который она предпочла бы никогда не слышать. Этот голос изводил ее призывами трахаться, как животные.

Как скоты.

Габриель вернулся, одетый в темно-зеленую футболку и пижамные брюки в синюю и зеленую клетку. Он принес стакан воды, который поставил на ночной столик. До этого момента Джулия лежала на одеяле. Габриель откинул край одеяла и приступил к тому, чего она так страшилась, — к ее раздеванию.

Джулия дернулась, но он сделал вид, что не заметил этого. Он прилег на бок, возле ее ног, подтянув их к своей груди. Он неторопливо расшнуровал ее кроссовки, снял их, затем снял носки, нежно массируя ей ступни, пятки и пальцы ног.

Джулия стиснула зубы, но все равно не сдержалась и застонала.

— Расслабься, Джулианна. Не противься. Все будет замечательно.

Кого он имел в виду? Ее или Беатриче? И к каким богам обольщения он сейчас взывал? Джулия тоже обратилась к ним, прося уберечь ее и Габриеля от поспешных и необдуманных поступков.

«Умоляю, не дайте ему поглотить меня».

— О, что я вспомнил. Тебе, кажется, в прошлый раз понравились мои трусы с эмблемой колледжа Святой Магдалины. Если захочешь их надеть, они в верхнем ящике комода.

Мне они все равно малы.

— Твои снимки… Я про те, что здесь висели. Ты хочешь, чтобы и у нас так было?

Его руки замерли на ее ступнях.

Ее глаза метались между стеной, где раньше висел шестой снимок, и Габриелем. Удивление на его лице быстро сменилось ужасом.

— С чего ты взяла? За кого ты меня принимаешь? — шепотом трагика спросил он. — В постели, между прочим, еще и спят. Особенно когда сильно устанут. Я не хочу снова тебя потерять, даже не успев поговорить с тобой. — Он заставил себя улыбнуться.