Инферно Габриеля

В двух шагах от моего дома есть весьма недурной посудный магазин. Там этого добра навалом.

— Спасибо, что подсказали. Я куплю вам точно такой же.

— И вашей стипендии — как не бывало.

Он вовсе не собирался ее обижать. Слова просто сорвались у него с языка, и их было уже не затолкнуть назад. Лицо Джулии вспыхнуло, затем побледнело. Разумеется, она тут же склонила голову и стала кусать губы. Габриель мысленно отругал себя за свой дурацкий язык.

— Мисс Митчелл, пожалуйста, не обижайтесь. Я ведь не скряга из диккенсовских романов. Мне совсем не нужно, чтобы вы так неразумно тратили свои деньги. И потом, это нарушает правила гостеприимства.

«Тебе в очередной раз показали твое место», — подумала Джулия.

— Я ведь еще и рубашку вам запачкала. Позвольте хотя бы заплатить за химчистку.

Габриель оглядел безнадежно испорченную рубашку и мысленно выругался. Это была его любимая рубашка. Полина привезла ее из Лондона. Никакая химчистка не сумеет бесследно удалить пятна от кьянти, слюны и крови.

— Не волнуйтесь. У меня есть, еще несколько таких рубашек, — уверенным тоном соврал Габриель. — А пятна можно будет удалить и без химчистки. Рейчел мне поможет.

Теперь Джулия терзала свою верхнюю губу, зажав ее зубами и двигая взад-вперед. Это зрелище вызвало у Габриеля что-то вроде приступа морской болезни. Он был бы рад отвести глаза, но губы Джулии были такими чувственными и зовущими, что он продолжал смотреть. Чем-то это было похоже на автомобильную аварию, которую наблюдаешь с палубы корабля.

— Даже самый аккуратный человек не застрахован от случайностей, — сказал он, ободряюще похлопывая Джулию по руке. — Вы в этом совсем не виноваты. — Габриель улыбнулся ей и тут же был вознагражден ответной улыбкой.

«Посмотри на нее. От доброты она мгновенно расцветает, раскрывая лепестки своей души».

— Ну как? Первая медицинская помощь оказана? — спросила неожиданно подошедшая Рейчел.

Габриель тут же отдернул руку.

— Да. Надо было заранее спросить Джулианну, любит ли она кускус. Как мы теперь убедились, она это блюдо терпеть не может. — Габриель лукаво подмигнул ей.

На фарфоровых щеках снова появился румянец. «А она и впрямь кареглазый ангел».

— Еще не поздно все исправить. Значит, кускус отменяется. Я приготовлю плов.

Рейчел ушла. Габриель последовал за сестрой, оставив Джулию наедине с ее бешено бьющимся сердцем.

Пока Рейчел убирала в холодильник отвергнутый кускус и рылась в бакалейных запасах брата, ища рис, Габриель сходил к себе в спальню, где не без изрядного сожаления выбросил в мусорное ведро бывшую белую рубашку. Потом он вернулся в кухню заметать осколки и оттирать винные пятна с пола.

— Я хочу кое-что рассказать тебе о Джулии, — не поворачиваясь к брату, сказала Рейчел.