Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

Ну вчера, например, когда я говорил прямо, тоже не особо вышло.

— Сам виноват, — прочитала мои мысли Би. — В любой непонятной ситуации устанавливай свои правила. А ты вчера эту возможность упустил и в итоге принял чужие…

В дверь раздался предупредительный стук. По тому, что ее не открыли с ходу, я легко догадался, какая из двух моих девчонок пришла — еще до того, как она показалась в проеме.

— Можно? — слегка замялась Майя.

Ее взгляд скользнул по моей кровати, ни за что не зацепившись — она явно не увидела там Би. Переступив порог, Майя плотно закрыла дверь — точно так же плотно длинный пушистый халат окутывал всю ее фигуру, словно пряча от обитателей этой квартиры.

— Ты серьезно думал, — начала она, немного нервно потирая золотую змейку на руке, — что мы с ней сможем ужиться?

— Я и сейчас так думаю, — ответил я. — Если дашь ей шанс, она тебе даже понравится…

— Эй! — донесся крик из гостиной. — Если будешь с ним трахаться, то я тоже буду!..

— У нас же с ней ничего общего!

— Ну, — я на миг задумался, — она тоже не любит твою сестру…

— Кроме этого ничего общего, — она с досадой взглянула на ухмыляющегося чертика на моей груди.

— Ну как… — найти второе общее оказалось гораздо проще. — Еще вам нравлюсь я. Найди третье — и станете подругами…

Без малейшего предупреждения дверь широко распахнулась, и в мою комнату, как ураган, ворвалась Саша — с полотенцем на плече, в свободной футболке явно на голое тело, коротких спортивных шортах и пушистых тапочках. Залюбовашись, я пробежался глаза между домашней одеждой одной и халатом другой — обе отлично вписывались в мою квартиру, будто уже давным-давно здесь жили.

— И никаких минетов! — заявила Саша.

— Ты за кого меня принимаешь? — вспыхнула Майя. — За себя?

— До меня, детка, тебе расти и расти!

Майя внезапно прищурилась.

— Ты хоть раз трахалась у других на виду? — и вышла из комнаты.

Саша на мгновение замерла.

— А ты что? — она выскочила следом. — А зачем?..

Дверь захлопнулась, отрезая меня от продолжения этой увлекательной беседы.

— Жизнь — это вечный побег из открытой тюрьмы, — задумчиво, словно и не прерывалась, произнесла с моей кровати Би. — Либо постоянно сидишь в открытой камере, либо постоянно пытаешься из нее сбежать. Но сбежать окончательно все равно не сможешь, так как каждый встречный человек — еще одна стена. Кого-то придется выломать, а кого-то можно просто открыть…

Я сел рядом с ней, невольно прислушиваясь к голосам в гостиной. Слов не долетало, но разговор шел бодро.

— Учись превращать стены в двери, — назидательно продолжила Би. — Видеть не ограничения, а возможности. И если тебе что-то надо, не проси, а требуй! Только не у меня, — добавила она.

В гостиной, судя по нечетким отголоскам, что-то активно обсуждали.